— Э, нет, это вряд ли. Все экипажи недавно сменились, а у этого борта вообще несчастливая судьба. Невезучая вертушка.

— Что так? — удивился Астахов.

— Я тогда в другом месте работал, все понаслышке. Какая-то была у них темная история, бандитов что ли с тайги вывозили, ну, в общем, что-то там произошло, но одного пилота в реке выловили, а второго избили крепко. Он даже рассчитался и уехал на родину, куда-то на Волгу.

— Жалко, — снова повторил Астахов. — Хорошие были ребята.

— Да что ты заладил как заводной: «Были — были» Мы и есть хорошие ребята! — шутливо взорвался бортмеханик. — Нам только налей и мы вообще станем золотыми. Ну что, тайга, гульнем?! Гроши есть?

— Откуда, — засмеялся Семен. — Полчаса назад из тайги вышел.

— Ну это не проблема! Так-то что есть: золотишко, шкурки? Мигом все провернем.

«Этот может, — подумал Астахов, глядя на улыбающегося, более чем жизнерадостного вертолетчика. — Только после такой попойки голым от тебя уйдешь».

— Нет, я тут обещал одному. Неудобно как-то.

— Неудобно на потолке спать, одеяло все время падает. Ну, командир, договоримся или как? — Продолжал допекать хитрый механик.

— Нет, — твердо заявил Астахов, которому уже надоел этот бессмысленный торг. Отвернувшись он уже сделал несколько шагов в сторону от вертолетчика, когда тот снова окликнул его.

— Слушай, а ты не Степку Мазура случайно ищешь? Бывшего механика этой вертушки? А то сразу говорю тебе, дело тухлое. Спился он совсем, так что зря на него надеешься, ни на что он уже не годен.

— А где его найти можно? — заинтересовался Астахов.

— Вот человек, — засмеялся вертолетчик. — Ему говорят одно, а он все на своем стоит. В Шанхае Степка живет, где же еще. Вон, иди к той сопке, он кивнул на один из пологих склонов распадка. С большим облегчением расставшись с привязчивы вертолетчиком, геолог зашагал в указанную ему сторону.

Шанхай образуется в каждом поселке или городе населенном временными людьми. Когда человек знает, что через месяц или год он непременно покинет это свое место жительство, у него не возникает желания хоть как-то благоустроить свое жилье. Обшарпанные, выцветшие от времени щитовые домики и балки равномерно перемежались с перекосившимися туалетами, убогими сараюшками и помойками. Все это производило более чем удручающее впечатление.

На поиски бывшего бортмеханика Астахов потратил битый час. Странно, но ни кто из попавшихся навстречу местных жителей не мог припомнить человека с такой броской фамилией, хотя обычно в подобных небольших поселениях все знают друг друга более чем хорошо.

— Степан Мазур? Мазур? Мазур?… — сосредоточенно вспоминал очередной попавшийся геологу абориген бичеватой наружности. Несмотря на то что мужик запустил в ход все извилины на морщинистом лбу откровение так и не посетило его.

— Что-то не припомню такого. Слышь, Морж, ты такого Мазура знаешь, Степана? — обратился старожил за помощью к еще одному местному жителю с явными следами мощного бодуна на лице, боком вылезшего из крупнощелевого туалета. Несмотря на похмельный синдром тот соображал более логично.

— Мазур? Это не вертолетчик? — спросил он.

— Ну да, — подтвердил Астахов. — Он самый.

— А, так это ж Мазурик! — В две пропитые глотки дружно воскликнули оба «Сусанина».

— Мазурик за этой сопкой живет, перевалишь на ту сторону, там один всего вагончик и есть, его.

— Если он еще после вчерашнего жив, — засмеялся Морж.