— Ладно, оставайтесь!

Облизывая ставшие вдруг горькими губы, Вадим тоже поднялся и тихо сказал:

— Извините, а нельзя ли со мной поступить жестоко?

Лысый не сразу понял, несмотря на явно громадный ум, скрывавшийся в отлично выбритой голове.

— Я имею в виду, нельзя ли меня просто прогнать отсюда. Можно даже с позором. Я потерплю.

— Вы хотите уйти?

Вадим несколько раз энергично кивнул.

— Почему?

— Я не хочу длительного карантина.

— Но вас могут после карантина занести в реальный список.

— Я не хочу в реальный список.

— Но это же шанс дождаться.

— Я не хочу ничего ждать. Здесь. У меня дома дела.

— Какие могут быть дела в сравнении с тем, что вы можете сделать для себя здесь!

Вадим потупился и снова попросил:

— Поступите со мной жестоко.

Лысый помрачнел и насупился.

— Это такая шутка?

— Нет-нет, это не шутка, это… Мне нужно домой!

Рука лысого медленно комкала «вид на жительство». На голове, как на солнце, появились пятна.

— Сказать по правде, с таким мне еще не приходилось сталкиваться. Чтобы человек ради шутки явился сюда. Да вы хоть понимаете, где находитесь?!

— Ни малейшего…

— Вон!!!

Повалив стул, Вадим выкатился из палатки. Он прищурился на один глаз, опасаясь, что ему вслед чем-нибудь запустят. Обошлось Он огляделся. Палаточный лагерь на опушке. В трех местах поднимаются столбы редкого дыма, там-сям мелькают сосредоточенные фигуры. Мужчины, женщины. Геликоптер садится на холмик неподалеку. Лагерь как лагерь. Надо бы вспомнить, как вернуться к «сортиру». Сориентироваться в пространстве.

В этот момент раздался крик в соседней палатке, и из нее выбежал на четвереньках какой-то человек. Когда он поднял голову, оглядываясь, Вадим сразу его узнал. Инвалид, Любин сосед.

— Жора?!

— Так почему ты от меня убегал?

Они полулежали в большой круглой ванне, только головы торчали над поверхностью золотистой жидкости. Это была необходимая процедура после нескольких, проделанных за короткое время, перемещений с разуплотнением. Золотистая жидкость представляла собою биоэнергетический раствор, возвращающий клеточным структурам организма положенный уровень устойчивости. Теоретически существовала возможность того, что после сотого, или больше, разуплотнения, клетки никогда уже больше будут не в состоянии соединиться в виде прежнего организма. Бродили упорные слухи, что в первые годы функционирования системы мгновенных перемещений, было совершено несколько самоубийств с помощью коммуникационных кабин. Вероятнее всего, сказки. Кто бы выпустил в эксплуатацию столь опасную для жизни вещь. В любом случае, теперь существовала | профилактическая система, съездил десяток разков — иди полежи в ванночке.

— Так почему ты от меня убегал?

Десантник поморщился, не открывая глаз.

— Неужели непонятно?

— Ты не хотел, чтобы я догадался, что ты замешан в этой истории?

— Что-то в этом роде.

Вадим тихонько выдохнул, подняв небольшие буруны у губ.

— Но ты так мчался, как будто ты сильно замешан.

Десантник на мгновение опустился под воду с головой.

Потом-медленно появился обратно.

— Такое впечатление, что ты ее ищешь. Я имею в виду Любу, — продолжал Вадим.

Собеседник всего лишь кратко кашлянул в ответ.

— Но ты ведь только сосед. Я понимаю, иногда старые соседи, бывает, что очень даже дружат…

— Знаешь, ты мне очень надоел.

— Я просто хочу найти Любу.

Сердитый смешок.

— Я тоже хочу.

— Зачем? Нет, ты, кажется, не хочешь об этом говорить.