Джо махнул ей рукой, останавливая, и заглушил мотор.

— Ладно, у тебя уже неплохо получается, да и кровь уже не сочится из-под повязки, и это отлично. И я не стану спрашивать, достаточно ли у тебя сил, чтобы нажать на курок. Уже знаю ответ.

Лайла кивнула.

— Я не хочу сражаться с этими людьми, — сказала она. — Я хочу найти друзей и продолжить путь.

— Да, кстати об этом, — сказал Джо. — Ты так и не объяснила, почему четверо подростков забрели так чертовски далеко от дома. Это не место для школьного похода.

Лайла задумалась, стоит ли рассказывать ему. Но потом решила, что эта информация никак не могла навредить ей или друзьям. И рассказала Джо о самолете. И об останках на плоскогорье.

— Так, так! — воскликнул Джо, вдруг оживившись. — Так ты видела транспортное судно?

— Что?

— Большой C-130. Пропеллерный, а не реактивный. Ты видела его где-то поблизости?

— Я видела самолет и…

Джо прервал ее на полуслове и принялся объяснять разницу между авиалайнером-гигантом и военным транспортным самолетом. Когда он описал ей последний, Лайла закивала:

— Да, именно его я и обнаружила. Он лежал на плоскогорье, как раз на скале, с которой я свалилась. Где мы сражались с вепрями.

— Ты видела людей? Пилотов, экипаж? Они должны были быть в форме…

— Там рядом на шестах были распяты трое живых мертвецов. — Лайла описала форму.

— Да, это экипаж. Дьявол. Я знал тех парней. — Лицо Джо исказила боль. — Мы уже больше года ищем этот самолет. Даже не догадывались, что он так близко. Повсюду здесь шныряют жнецы, и они наверняка разобрали машину на части. И это ужасная беда. На борту этого самолета находилась доктор Моника Макреди. Эта потеря — серьезный удар.

— Удар для кого?

Джо ответил:

— Для человечества. Она была одним из лучших эпидемиологов. Одна из немногих, кто пережил Первую ночь и долгие годы эпидемии. Она стоит гораздо больше нас с тобой и пяти тысяч известных тебе людей, и это не шутка. — Он помолчал. — Думаю, все мы не теряли надежды, что она чудом выжила. Ждали, что однажды она вернется и постучит в дверь. Я отправил рейнджеров на ее поиски. Исследования, над которыми она работала… я не могу даже передать тебе, насколько они были важны.

— Попытайся, — прямо сказала она.

Джо усмехнулся:

— Доктор Макреди основала первую лабораторию в начале эпидемии, а позже переправила ее в Северную Каролину, где люди пытаются воссоздать новую Америку. Там сейчас проживает множество людей, и у них даже есть электричество. Позже, когда мы получили некоторые отчеты о возможных мутациях вируса в Орегоне, Вашингтоне и южной Канаде, Макреди снарядила небольшую группу на военную базу Льюис — Маккорд, в нескольких километрах к юго-западу от Такомы. Им пришлось полностью зачистить первую базу, где все заразились. И там Макреди основала исследовательскую лабораторию, которая называлась «Надежда-1». Шестьдесят человек — ученые, вспомогательный персонал и небольшой отряд военных для охраны. Макреди должна была находиться там до тех пор, пока не выяснит причину эпидемии.

— Люди говорят, что виной радиация из…

— О, прошу тебя. Никто в это не верит.

— Тогда вирус?

— И да… и нет. Макреди обнаружила, что дело в сочетании штаммов нескольких инфекций и болезнетворных бактерий. Все вместе они действовали словно микроскопическая, но смертоносная группа захватчиков. Большинство людей называют это серой чумой, но ее официальное наименование — «Жнец», и, да, вот откуда жнецы позаимствовали название для своего движения.