– Ну что, тупик? – спросил Майло. – Похоже, он чист.

– Здесь что-то есть, – упорствовал я.

– Она ведь ни на что не намекала?

– Нет, скорее, ее это развеселило. Словно моя просьба показалась ей хорошей шуткой.

– Так, может, парень – католический священник или что-то в этом роде?

– В его биографии не упоминается ничего подобного.

Стерджис что-то тихонько проворчал с другого конца телефонного провода. Стоял полдень. У Майло ушло два часа, чтобы ответить на мой звонок. Эндрю Салэндер подтвердил, что Лорен пользовалась ноутбуком "Тошиба". Потом Майло отправился в морг, на вскрытие. Следов изнасилования найдено не было, недавнего сексуального контакта тоже. Ни болезней, ни операций, ни шрамов, ни следов использования наркотиков не обнаружено. Также подтвердили, что первая пуля попала в ствол мозга и Лорен умерла мгновенно. До того момента – совершенно здоровая девушка.

– Так что она, судя по всему, не страдала. Я позвонил матери и заверил ее в этом. Голос Джейн звучал опустошенно, словно ее выжали как лимон и оставили высыхать в одиночестве... Ладно, – сказал Майло. – Итак, де Мартен – безжалостный педант, а Даггер не любит говорить о сексе?

– Даггер плюс ко всему богат.

– Если бы мне пришлось выбирать, я бы стал давить на голландца. Уж больно тот разозлился. Если ты готов, то действуй.

– Он захлопнет дверь перед моим носом. Я намекнул, что полиция, возможно, заглянет его проведать.

– Обещания, обещания. Хорошо, когда будет время, я позабочусь об этом. До сих пор нет сведений о вызове такси или лимузина поблизости от квартиры Лорен. Брокер в Сиэтле знает ее только по голосу в телефонной трубке. Она позвонила ему несколько лет назад и выразила желание инвестировать свои сбережения. Сам понимаешь, брокеры не спорят и не задают лишних вопросов, когда клиенты звонят и предлагают деньги. Обычно бывает наоборот. Еще он поведал, что Лорен была неплохо подкована в области ценных бумаг. Знала, чего хотела, но и от совета не отказывалась. У брокера сложилось общее впечатление о Лорен как об очень умной девушке. Удивился, узнав о ее настоящем возрасте. Он-то думал, ей лет на десять больше.

– Чего конкретно она хотела?

– Акций надежных компаний. Готова была ждать сколько угодно. Из-за ее решимости и самоуверенности брокер посчитал: Лорен – высокооплачиваемый адвокат или руководитель среднего звена. Я отправил двух полицейских на опрос соседей. Пара человек смутно ее помнят – встречали на утренней пробежке или когда она ехала на своем автомобиле. Но никто не видел, как она садилась к кому-нибудь в машину. Ни в день ее исчезновения, ни ранее. У меня список звонков Лорен за последние полгода. На самом деле она довольно мало пользовалась телефоном. Каждые две недели разговаривала с матерью. В последний раз – за два дня до исчезновения. С Лайлом не говорила ни разу, хотя это и неудивительно. Единственное, что показалось интересным, – пять звонков по одному номеру в Малибу. Оказалось, это таксофон в Пойнт-Дьюме.

– Лорен как-то говорила Салэндеру, что ездила в Малибу отдыхать. Таксофон, случайно, не рядом с мотелем?

– Нет. Торговый центр на дороге из Кенана в Дьюм.

– А счетов за мобильный или службу секретарей-телефонисток ты не находил?

– Пока нет.

– Тебе не кажется это странным для девушки по вызову?

Майло помолчал.

– Да, не совсем обычно.

– Правда, существует вероятность, что у нее был только один клиент, которого оказалось достаточно для оплаты всех счетов. Скорее всего кто-то проживающий в Малибу и пользующийся таксофоном, дабы женушка не услышала разговоров с Лорен.