Он рассказал о том, как развивались события после выхода корабля из Кобе. Пресловутый Брюс Ли купил корабельную компанию и то ли хочет превратить «Мироку-мару» в базу для мафиозной торговли, то ли после захода в Шанхай судно устремится в край демонов, где не действуют человеческие законы; во всяком случае, насколько он понимает, новые хозяева собираются взять под свою опеку идущие с материка потоки беженцев и наркотиков, чтобы переправлять их по назначению.

– Короче, обделывать всякие грязные аферы с нелегальным экспортом?

– Точно сказать не могу. Но достаточно взглянуть на свору, захватившую корабль, у всех на лицах как будто написано: «Быстрей набивай мошну!» Ведь море – это природный сейф. Раньше, к примеру, богатели на шкурах тюленей и пухе альбатросов. Кто-то разжился на селедке, на тунце, на кораллах. Сейчас в здешних морях можно поживиться наркотиками, оружием и нефтью. Здесь легче нагреть руки, чем на суше. Поэтому они все и повалили в море на свой страх и риск. Ведь и с беженцами то же самое. Они бросают свою страну и платят посредникам значительные суммы, думая, что за морем их ждет райская жизнь. Впрочем, по мне само море и есть рай земной.

– На корабле плывет много женщин, так они что… эти…

– Да, скорее всего, – кивнул эконом. – Та самая Татьяна, которая на вас напала, вероятно, заправляет организованной проституцией на корабле. Вам не стоило с ней связываться.

Если между пропажей Аои и «организованной проституцией» есть какая-то связь, возможно, ее тоже готовят к тому, чтобы насильно выставить на панель. Нет, Аои не та женщина, которая позволит так просто себя похитить! Она наверняка по-прежнему блуждает где-то по палубам, надеясь на его помощь. Мицуру взглянул на часы. Уже двенадцатый час. Если за эту ночь не удастся каким-то образом разыскать ее и паспорта, прощай надежда сойти в Шанхае. Мицуру взмолился, обращаясь к морскому мраку:

«Пусть Аои, как всегда, блуждает во сне… Сделай так, чтоб мы встретились, как в ту ночь!»

Если она похищена, его очередь ее похитить.

– Мы не можем вместе умереть, пока не сойдем с корабля, – прошептал Мицуру.

– Да, – отозвался эконом. – Я умру только после того, как исполню свой последний долг. Спасу «Мироку-мару» от рук бандитской шайки.

В этот момент море, казалось, глубоко вздохнуло, и полил тепловатый дождь.

Мицуру рванул. В зал для отдыха, в дискотеку, в казино. Метался, не разбирая пути, по коридорам, спускался и поднимался по лестницам, словно обезумевший, расталкивал толпу. Как и он, все вокруг были на взводе. Спорили до хрипоты, отплясывали до седьмого пота, швыряя деньгами, пожирали глазами рулетку. Заглянув в зал для карточных игр в глубине казино, Мицуру заметил третьего секретаря и бросился к его столу:

– Вы знаете, что с моей спутницей?

– Не знаю, – ответил тот, несколько оторопев.

Неожиданно сидящий рядом с ним крупный мужчина процедил по-английски:

– Никчемный профессоришка? Иди-ка ты в трюм!

Мицуру показалось, что он ослышался. Слова явно предназначались ему, но что они значили, он не понимал.

За этим же столом сидел капитан в смокинге, он безнадежно проигрывал, но не мог выйти из игры. Капитан предложил Мицуру занять его место, но тот резко отказался и покинул казино.

Ему встретилась Татьяна, обдала его злобно-презрительным взглядом:

– Ты еще здесь?

А где же он должен быть? Внезапно Мицуру решил спуститься в трюм и поискать Аои там. Наверху его беготня не принесла никаких результатов, а там он, по крайней мере, будет вдали от любопытных глаз.

Но вначале он зашел в спортивный зал. Свет потушен, но слышится многоголосие прерывистых дыханий, точно наслаивающихся друг на друга.