– Корней Владимирович, зайдите к декану, – встреченная в коридоре секретарша строго, будто она и есть декан, указала старому преподавателю.

– Хорошо, Оксана, через минут десять, – устало проронил Корней Владимирович – одинокий человек, проживший яркую, но, как он считал, бесполезную жизнь.

Зайдя на кафедру, он уколол инсулин и перекусил. Переведя дух, пошел к декану.

– Любовь Михайловна, можно? – заглянув в деканат, спросил Корней Владимирович.

– Да, да – входите! – ответила женщина средних лет не отрываясь от чтения какого-то документа. – секундочку. Ага, так, Оксана, сделайте нам чаю, пожалуйста.

Плохое предзнаменование. Чай – это какая-то услужливость, не свойственная этой женщине, которую Корней Владимирович знал очень хорошо, так как на форумах реконструкторов она еще лет пятнадцать назад очень удачно отрывалась. И старый преподаватель мог много чего припомнить любвиобильной некогда женщине. Но Люба смогла расставить приоритеты, удачно выйти замуж за одного богатенького любителя старины и еще более удачно с ним развестись. Занялась карьерой, не задумываясь о материальной стороне. Отсуженных у бывшего мужа денег хватало до сих пор на все, в том числе и на колледж в Великобритании для дочери.

– Я так понимаю, разговор не из приятных? – спросил преподаватель, принимая чашку чая от секретарши.

– Ну как посмотреть? Думаю разговор, так как сказать, – назревший! – декан пристально посмотрела на своего подчиненного. – Вы же понимаете… Пенсия – это не приговор!

– Приговор – смерть, а пенсия это исполнение приговора! Я понял – не продолжайте! – преподаватель стал спешно подыматься, но резво стать со стула не получилось.

– Да, постойте, же. Корней Владимирович мы вас уважаем, любим. Я помню как вы критиковали мой доспех 10 века, – декан встала из-за стола и подошла ближе к Корнею Владимировичу.

– Он не был 10 века, – опущенными глазами в пол тихо проговорил опытный реконструктор.

– Может быть, может быть. Вы хороший специалист, что же не защитили докторскую. И разговора бы этого не было. Деканату нужны профессоры… – Любовь Михайловна фривольно присела на край стола. Если бы не старость, да и ситуация, Корней расценил бы это как призыв к действию, но сейчас это выглядело как некое издевательство. – Слышали, Егор Александрович защитился? Кстати, сегодня он всех приглашает в кафе в нашем корпусе к 19.00, будете?

– Вряд ли – ответил Корней Владимирович и заострил взгляд на ногах знающей себе цену женщины.

– Что ж. Я рада, что разговор состоялся, а к концу недели, думаю, в том же кафе мы торжественно проводим вас на пенсию, – удовлетворенно отследив взгляд пожилого мужчины, декан пристала и стала копаться в разложенных бумагах, – тут интересовались Вами, Корней Владимирович. Какой-то клуб реконструкторов, как там «зов предков» что ли. Странное название. Не знаете такой?

– Нет, так пафосно назваться могут, наверное, только подростки с ведрами на голове. Что хотели? – растеряно спросил Корней Владимирович. Мозг отказывался что-либо думать. В голове крутилось только одно – что делать? Жизнь прошла…

– Да ничего не хотели, спрашивали о тебе – каким периодом увлекаешься. Да ни о чем впрочем. Ты, Корней Владимирович не кручинься. Я то помню еще как ты на ристалище рубился. А помнишь того двуручника – негра?

– Да не нет он был, как там – мулат что ли.