— Поднимаю, — прорычал Маэдок.

— Роберт, опасненько, — сказал Лораме.

— Опасность добавляет пикантности обыденному существованию, — сказал Бреннан.

— Ты только что катался на Юго-Восточное побережье, а я горбатился за своим столом, — сказал Лораме. — Из нас двоих мое существование гораздо более приземленное.

— Я навещал друга, — сказал Бреннан.

— Может, подружку с мягкими формами и красивыми голубыми глазами? — спросил Лораме.

— Лорд никогда не скажет. Твой ход, Кэссайд.

— Вызов, — повторил Ричард и положил на середину стола золотую монету. В голосе Бреннана прозвучала едва заметная командная нотка. Бреннан тоже пересчитал карты. Он точно знал, что за комбинация у Ричарда. Куда он клонит с этим планом?

— Сбрасываю! — Корбан уронил карты.

— Поднимаю. — Бреннан добавил еще денег.

Маэдок колебался.

— Наш храбрый солдат думает сдаться, — сказал Бреннан.

Легкий смех прокатился по столу. Ричард позволил себе скупую улыбку, не выделяясь.

Лицо Маэдока покраснело еще сильнее. Он положил на стопку еще одну монету.

— Поднимаю.

Что происходит? Ричард перебрал все ответные меры. Кэссайд продолжил бы играть. Им двигали деньги, а горка золота на столе была солидной.

— Вызов.

— Еще один вызов, Кэссайд? — Бреннан посмотрел ему прямо в глаза. — Ставь уж на все.

Его тон был мягким, но взгляд не оставлял сомнений — это был приказ.

— Хорошо. — Ричард положил все свои монеты на середину стола.

Лораме тихо присвистнул. Корбан слегка побледнел.

— Поднимаю, — сказал Бреннан. Небрежным взмахом руки он придвинул к центру башню из монет и повернулся к Маэдоку.

Наказание, понял Ричард. Маэдок был наказан за неудачу работорговцев на острове. Он отвечал за мускулы работорговли. Нарушение безопасности было ошибкой Маэдока, и теперь Бреннан публично унижал его.

Здоровяк оглянулся на Бреннана, стиснув зубы.

— Ты с нами или против нас, Маэдок? — спросил Бреннан.

Мускулы на челюстях Маэдока вздулись. Он уставился на монеты. Из всей Пятерки он был наименее богат. И у Бреннана, и у Кэссайда были средства, но для остальных трех голубокровных отсутствие средств было реальной опасностью.

Напряжение на лице Маэдока было очевидно. Ричард не испытывал к нему никакой симпатии. Воспоминания о залитых дождем ямах, заполненных детьми, о мальчике с зашитыми губами и едва ли человеческих рабах были слишком свежи.

— Ну? — Бреннан постучал по столу.

— С вами. — Маэдок подтолкнул золото вперед.

— Твой ход. — Бреннан посмотрел на Ричарда.

— Тройной королевский заряд. — Ричард бросил на стол короля, трех рыцарей и лучника.

Лицо Маэдока побагровело.

— Двойной заряд, — прохрипел он и выпустил карты. Два рыцаря, оруженосец, паж и кузнец.

— Два пажа, два оруженосца и плотник. — Бреннан разложил карты на столе. — Ты победил, Кэссайд.

— Это самый паршивый расклад, — сказал Корбан.

— Удачный расклад, — усмехнулся Бреннан.

Он встал и пододвинул деньги Ричарду.

— Забирай, пока мы не передумали.

Маэдок выглядел на грани апоплексического удара. Ричард спрятал улыбку. Это многое говорило о его собственной морали, но все, что причиняло боль Пятерке, приносило ему радость.