— Не проблема. — Шарлотта улыбнулась. — Почему бы нам не пройти на кухню?

На кухне они сели за стол, и она налила два стакана холодного чая. Дейзи присела на краешек стула с таким видом, словно хотела сбежать.

— Раньше это был дом Розы, — сказала Дейзи. — Сестра моей лучшей подруги ходила с ней в школу. Я видела, как она вспыхнула на Выпускной ярмарке. Это было безумием. Чистый белый. Никто из Грани никогда не вспыхивал белым. Вы вспыхиваете?

В Грани большинство людей обладали магическим талантом. Некоторые из них были полезны, некоторые нет, но каждый пользователь магии мог вспыхнуть с практикой и надлежащей подготовкой. Вспышка была чистым потоком магии. Это было похоже на ленту света, а иногда и на хлыст молнии. Чем ярче и бледнее вспышка, тем сильнее магия. Самая сильная вспышка, чисто белая, могла пронзить тело, как тесак теплое масло. Это было смертельное оружие, и Шарлотта видела оставленные ею раны в мельчайших подробностях.

— Я не вспыхиваю, — сказала Шарлотта. Она так и не научилась этому, потому что в этом не было необходимости. — Это не мой талант.

Дейзи вздохнула.

— Конечно. Извините. Мне не следовало упоминать Розу.

— Я совсем не против, — сказала Шарлотта. — Элеонора все время говорит о ней и о мальчиках.

Дейзи заерзала на стуле.

— Так откуда вы знаете миссис Дрейтон? Я так понимаю, вы друзья?

Элеонора была больше чем другом. Эта женщина стала ее избранной семьей.

— Когда я только добралась до Грани, то оказалась ближе к западу, возле Рикета. Я отошла от лошади на минуту, чтобы облегчиться, и кто-то украл ее и все мои деньги.

— Вот тебе и Грань, — вздохнула Дейзи.

— План состоял в том, чтобы найти работу, но никто не позволял мне исцелить их. Я ходила от поселения к поселению, пытаясь найти место, где можно было бы устроиться, и когда я пришла в Восточный Лапорт, я умирала с голоду. Ни денег, ни места для ночлега, одежда порвана и грязна. Я была на грани. Элеонора нашла меня на обочине дороги и взяла меня к себе. Она радушно приняла меня и подарила мне первых клиентов. Она ходила со мной на все мои встречи и болтала с людьми, пока я работала. Я обязана ей всем.

Это было нечто большее, чем простая благодарность. Элеонора страшно скучала по внукам. У пожилой женщины было такое сильное желание, почти потребность, заботиться о ком-то, подумала Шарлотта, точно так же, как она сама испытывала такое же желание вылечить болезнь или срастить сломанную конечность. Они были родственными душами.

Элеонора вышла из ванной, ведя Тюлю за руку. Лицо девушки превратилось в море жестких красных бугорков, спрятанных под кожей. Кистозные угри. Предвестники рубцов уже были.

— Садись, — пригласила Шарлотта.

Тюли послушно села на табурет. Элеонора поставила небольшое зеркало на кухонный островок.

— На всякий случай.

— Смотри на свою сестру, ладно? — Шарлотта провела кончиками пальцев по твердым шишкам на левой щеке Тюли. Магия окутала ее руку ровным потоком сверкающих золотых искр.

— Красиво, — прошептала Тюли.

— Спасибо.

— Будет больно?

— Нет, совсем не больно. А теперь смотри прямо перед собой. Да, именно так.

Искры проникали сквозь кожу, находя крошечные инфицированные волосяные фолликулы. Магия потянула Шарлотту. Это было странное чувство, как будто часть ее жизненной силы высасывалась, превращаясь в целительный поток. Не больно, но тревожно и неудобно, если только вы к этому не привыкли. Шарлотта закрыла глаза. Какое-то мгновение она видела только темноту, затем ее магия установила связь, и поперечный разрез кожи Тюли появился перед ней.