— Хотя, честно говоря, — сказала Кларисса, насмотревшись, — я не люблю виды. Они слишком бесчеловечны.

Они пошли дальше.

— Как странно! — с чувством продолжила Кларисса. — Вчера в это же время мы были не знакомы. Я собирала вещи в тесном гостиничном номере. Нам совершенно ничего не известно друг о друге, и все же — у меня такое чувство, будто я знаю вас!

— У вас есть дети, ваш муж был в парламенте?

— В школе вы не учились, а живете…

— С тетушками, в Ричмонде.

— В Ричмонде?

— Тетушки любят парк. Им нравится тишина.

— А вам — нет! Понимаю! — засмеялась Кларисса.

— Я люблю одна гулять в парке, но не с собаками, — сказала Рэчел.

— Конечно. Но некоторые люди — что собаки, да? — сказала Кларисса, будто угадывая какую-то тайну. — Но не все — о, не все!

— Не все, — сказала Рэчел и остановилась.

— Представляю, как вы гуляете в одиночестве. И думаете. Погруженная в свой маленький мир. Но будет иначе, вся радость впереди!

— Радость от прогулки с мужчиной? Вы об этом? — спросила Рэчел, испытующе глядя на миссис Дэллоуэй своими большими глазами.

— Я имела в виду не только мужчину, — сказала Кларисса. — Но и это будет.

— Нет. Я никогда не выйду замуж, — решительно заявила Рэчел.

— Не разделяю вашу уверенность, — сказала Кларисса. По ее взгляду, брошенному искоса, Рэчел поняла, что она находит ее привлекательной, хотя не без удивления.

— Зачем люди женятся? — спросила Рэчел.

— Вот это вам и предстоит узнать, — засмеялась Кларисса.

Рэчел проследила за ее взглядом и заметила, что он на секунду остановился на крепкой фигуре Ричарда Дэллоуэя, который пытался зажечь спичку о подошву своего ботинка, пока Уиллоуби пространно излагал что-то, по-видимому, весьма интересное им обоим.

— С этим ничто не сравнится, — заключила Кларисса. — Расскажите мне об Эмброузах. Или я задаю слишком много вопросов?

— Мне легко с вами говорить, — сказала Рэчел.

Однако краткое описание четы Эмброузов получилось у нее довольно формальным и содержало практически один только факт, что мистер Эмброуз — ее дядя.

— Брат миссис Винрэс, вашей матери?

Когда имя человека не произносится долгое время, даже его мимолетное упоминание действует особенно сильно. Миссис Дэллоуэй продолжала:

— Вы похожи на мать?

— Нет, она была другая, — сказала Рэчел.

Ее охватило желание рассказать миссис Дэллоуэй то, что она никому еще не рассказывала и даже сама до сих пор не осознавала.

— Я одинока, — начала она. — Я хочу… — Она не знала, чего хочет, и поэтому не смогла закончить фразу. Но губы ее задрожали.

Однако казалось, что миссис Дэллоуэй способна все понимать без слов.

— Я знаю, — сказала она, беря Рэчел под руку. — В вашем возрасте мне тоже этого хотелось. Никто не понимал меня, пока я не встретила Ричарда. Он дал мне все, чего я хотела. В нем соединены и мужчина, и женщина. — Ее глаза опять остановились на мистере Дэллоуэе, который стоял, прислонившись к перилам, и что-то говорил. — Не думайте, что я говорю так лишь потому, что я его жена. Я вижу его недостатки яснее, чем чьи бы то ни было.