Тогда почему же она плачет, вместо того чтобы улыбаться?

Немного успокоившись, она обнаружила, что Грант все еще пристально смотрит на нее. На секунду их взгляды встретились, и, к ужасу Келли, между ней и Грантом проскочил электрический разряд.

О боже, только не это. Она задержала дыхание. Казалось, это продлилось целую вечность. Келли поняла, что Грант испытывает то же, что и она. Прокашлявшись, он взял свою шляпу, поднялся и направился к выходу.

Слова вырвались у нее сами собой:

– Мой муж и ребенок погибли в дорожном происшествии.

Грант резко остановился. В воздухе снова повисла тишина, и Келли была этому рада.

Она была слишком поражена, чтобы сказать что-то еще или даже пошевелиться. Что на нее нашло? Грант извинился перед ней за вмешательство в ее жизнь и уже собирался уходить. Почему она это сделала? Рассказав ему о своем горе, она стала еще более уязвимой перед ним.

Келли снова посмотрела ему в глаза. Они по-прежнему изучали ее и казались почти черными.

– Это тяжелое испытание, – наконец произнес Грант.

– Да, – прошептала она, – очень. Оно чуть не убило меня.

– Что случилось?

Келли тяжело вздохнула. В это мгновение Грант наклонился и коснулся ее, но резко отдернул руку, когда между ними снова проскочил разряд.

– Если не хочешь, можешь не отвечать, – сказал он.

– Это та же самая история, которую ты слышал миллион раз, – тупо произнесла Келли. – Пьяный водитель резко выскочил из-за поворота и сбил их. Скорость была очень высокой, и они погибли на месте.

– Мне очень жаль.

– Мне тоже.

Снова наступила тишина.

– Когда это произошло?

– Четыре года назад.

Грант ничего не ответил, но Келли знала, о чем он сейчас думает. Как и все остальные, он, наверное, считает, что за это время она должна была смириться с трагедией и вернуться к привычной жизни.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – произнесла она.

Грант удивленно приподнял брови.

– Да? И о чем же?

– Что мне пора перестать жалеть себя.

– Совсем наоборот.

Она испуганно посмотрела на него.

– Я удивляюсь, как ты сохранила рассудок да еще и продолжала работать.

Его ответ так удивил Келли, что она раскрыла рот.

– Время, – наконец произнесла она. – Я не поверила моему психотерапевту, когда он сказал мне это, но сейчас поняла, что время – лучший лекарь.

– Но ведь ты еще не полностью оправилась от произошедшего.

– И никогда не оправлюсь. Именно поэтому я здесь.

– Теперь я знаю один из твоих секретов, – мягко сказал Грант.

Они оба улыбнулись.

– Расскажи мне о своем ребенке.

– У меня была дочка. Ее зовут... звали Эмбер…

– Красивое имя.

– Моего мужа звали Эдди. Он тоже был адвокатом, но работал в другой фирме.

– Это похоже на образцовую американскую семью.

– Мы и были такой, – с заминкой произнесла она.

– Если хочешь, мы можем прекратить этот разговор.

– Доктор посоветовал мне делиться своей болью с другими, но я не послушала его и похоронила ее глубоко внутри.

– Пока однажды она неожиданно не вырвалась наружу, – закончил за нее Грант.

– Точно. Я несколько недель просидела дома, плача и круша все, что попадалось под руку. Затем неожиданно позвонила Рут. Босс уже давно предлагал мне взять отпуск, и вот я здесь.

– Только ненадолго.

Она печально улыбнулась.