– Послушай, я не хотел нападать на тебя.

– Но ты сделал это.

– Келли...

Она проигнорировала мольбу, прозвучавшую в его голосе.

– Дай мне пройти.

– Куда ты?

– Подальше от тебя. – Ее взгляд и голос были холодными как лед. – Со мной еще никто так не разговаривал. Не думай, что это сойдет тебе с рук.

Будто признавая, что совершил большую ошибку, Грант посмотрел на нее глазами, полными раскаяния.

– Прости. Мне правда очень жаль.

Келли боролась со своей совестью. Ее так и подмывало послать его куда подальше, но вместо этого она сказала:

– Одного «прости» мало.

– Просто я очень беспокоился, вот и все.

Келли недоверчиво посмотрела, на него, затем подумала, почему она не выставила его и разом не покончила со всем этим. Возможно, потому, что его взгляд был полон отчаяния. Или потому, что он выглядел таким привлекательным в черных джинсах, белой рубашке и черной ковбойской шляпе. Не говоря уже о запахе его одеколона, от которого у нее кружилась голова.

Черт бы его побрал.

Глубоко вдохнув, она спросила:

– Беспокоился о чем?

– О тебе.

– Обо мне? – недоверчиво переспросила она. – Но почему?

Грант побледнел.

– Не знаю. Не найдя тебя ни здесь, ни в кофейне, я подумал, что, может быть, ты... – он остановился и почесал затылок. – Черт побери, я не знал, что и думать.

– Я не уеду, Грант. Я обещала тебе помочь и сделаю это.

Келли видела, как все его тело расслабляется от облегчения. Когда он наконец заговорил, она услышала в его голосе нотки отчаяния.

– Но время поджимает.

– Я знаю, – терпеливо ответила она, все еще злясь на Гранта за его несдержанность. Ее муж Эдди был мягким человеком, который редко выходил из себя. А вот Уилкокса, очевидно, легко распалить. Эта мысль взволновала ее, и она еще сильнее разозлилась. На себя.

– Я разговаривал со своим банкиром. Он обеспокоен моим финансовым положением, – добавил Грант. – Даже не представляю, что будет, когда он узнает о судебном запрете.

– Все не так уж плохо, – сказала Келли. – Пока ты тут раскисал, я кое-что для тебя сделала. Я только что вернулась из Веллингтона, где возбудила ходатайство о снятии запрета.

Теперь его лицо выражало благодарность и раскаяние.

– Если хочешь, можешь меня ударить.

– Что-то подсказывает мне, что это бесполезно.

Грант покраснел. Должно быть, ее слова попали в цель.

– Ты сейчас будешь занята? – неожиданно спросил он.

Келли нахмурилась.

– Нет, но...

– Тогда поехали со мной. Пита нет в городе, и мне нужно проверить оборудование, пока не стемнело. По дороге расскажешь подробнее о своей поездке в Веллингтон.

– Но я одета не самым подходящим образом, – возразила Келли.

В действительности на ней были джинсы, свитер и куртка, и нужно было только переобуться.

– Это неважно. Ты можешь остаться в машине, если захочешь.

Келли подняла руки вверх.

– По-моему, легче переспорить пень, чем тебя.

Грант ухмыльнулся.

– У меня с пнями много общего.

Келли закатила глаза.

– Очень смешно.

Забравшись в его грузовик, она напряглась: там пахло одеколоном Гранта. Согласиться ему помочь было, наверное, самой большой глупостью, которую она совершила за долгое время.

Однако ей безумно хотелось вернуться к любимой работе, поэтому она с радостью взялась за это легкое дело.