Loading...
Изменить размер шрифта - +

— Нет, в слабости меня обвинить нельзя. — Селина взяла свою чашку и поморщилась от отвращения. — Я предпочла бы глоток бренди. Вы не против? Я же, кажется, еще не арестована? Рорк любезно поднялся:

— Я принесу.

Селина сделала неопределенный жест рукой:

— На полке справа возле кухни. Двойную порцию. — Она снова повернулась к Еве: — А ведь вы его очень любите. Можно даже сказать, до безумия.

— Вы можете говорить все, что вам угодно.

— Что бы вы стали делать, если бы он вас разлюбил? Как бы вы это пережили? Если бы вы знали, что он встречается с вами только по обязанности, из чувства долга, потому что, будучи человеком порядочным, он не хочет причинить вам боль? Как бы вы это вынесли?

— Не знаю.

— Я его отпустила. — Селина на секунду закрыла глаза, а когда открыла, они вновь были ясными. Ее взгляд стал твердым. — Я пыталась его отпустить, пыталась быть разумной и даже мудрой. Но мне было больно… — Она прижала к сердцу стиснутую в кулак руку. — Мне было так больно! Просто невероятно. Невыносимо. А когда он начал встречаться с ней, стало еще хуже. Я знала, что он не вернется, ни за что не полюбит меня вновь, пока в его сердце царит она.

Рорк принес ей бренди.

— Мужчины порабощают нас, даже когда сами того не желают, — продолжала Селина. — Первое видение возникло случайно. Я знала, что нужно блокировать его, установить преграду, но… Я собиралась делать, но я чувствовала себя такой несчастной, такой обиженной, такой потерянной, что просто… взяла и открылась. И я увидела его так же ясно, как вижу вас. Джон Блу. Я видела, что он делает. — Она взболтала бренди в бокале и залпом выпила. — Это не была его мать. Это была не первая жертва. Не знаю, сколько их было раньше. Это была Брин Мерриуэзер. Я не видела, как он увозит ее из города, но увидела, как он выносит ее на руках из фургона. Было темно. Очень темно. Она была связана по рукам и ногам, у нее был кляп во рту. Я чувствовала ее страх. Он перенес ее внутрь, и там зажегся свет — множество ярких огней. Я видела все, что он с ней сделал в этой ужасной комнате. Видела, как он закопал ее во дворе.

— И вы начали строить планы?

— Не сразу. Это чистая правда! Я не знала, что делать, что предпринять. Я чуть было не пошла в полицию. Это было мое первое движение, клянусь вам. Но я… не пошла. Мне хотелось узнать, кто он такой, что заставляет его делать все эти ужасные вещи.

— И вы стали наблюдать за ним, — закончил за нее Рорк. — Чтобы узнать.

— Да. Это было отвратительно и в то же время завораживало. Я сумела подключиться к нему, и… я начала его изучать. А потом я подумала: почему бы ему не убить Аннализу? Все опять встало бы на свои места, если бы он убил Аннализу. Я даже обдумывала возможность заплатить ему, чтобы он ее убил, но это было слишком рискованно. К тому же он сумасшедший, он мог бы убить меня. И тут мне пришло в голову, что есть способ все сделать самой. Потом он убил Элизу Мейплвуд. Прямо здесь, в городе. И я поняла, как это можно сделать.

Селина вскинула голову.

— Я пришла к вам не только ради информации, — сказала она Еве. — Мне надо было знать, как вы будете вести расследование, как быстро вы его найдете, что подумаете обо мне. И в глубине души — клянусь вам! — в глубине души я надеялась, что вы найдете его быстро. До того, как я… Но вы его не нашли. Я дала вам информацию в надежде, что вы его найдете, остановите, до того…

— Иными словами, вы хотели переложить вину на следствие. Вы хотели переложить вину на меня.

— Может быть.

Быстрый переход