Эти муравьи, подумал я, сочувствуя им, не станут поджаривать меня, чтобы заставить выдать им то, что они ищут, а Зоя Ланг не станет чиркать спичками. Не хотелось бы мне, чтобы она была Грантчестером.

 – Ал, они могут найти рукоять? – спросил дядя Роберт.

 – Вы очень боитесь этого?

 – Конечно. Эта женщина была бы рада, если бы нашли.

 – Если она проявит достаточно упорства, – сказал я, – то...

 – Нет, Ал, – запротестовал дядя Роберт.

 – Я ведь упрятал рукоять от воров, а не от фанатиков, выполняющих культурно-историческую миссию. Когда когорты Зои Ланг откажутся продолжать работу, она призадумается, а пока ей кажется, что она имеет дело с простачками, за которых держит нас. Ей присуще высокомерие умных людей. Она не принимает во внимание, что кто-то может оказаться не глупее, чем она.

 – Тебя простачком никак не назовешь.

 – Но доктор Ланг этого не знает. И мой ум проще, чем ее. Она найдет рукоять. Нам лучше уйти, чтобы не видеть ее ликования.

 – Покинуть поле боя? – возмутился дядя Роберт. – Может быть, нам и не избежать поражения, но мы должны встретить его достойно.

 Сказано, как и подобает Кинлоху, подумал я и вспомнил горящие брикеты древесного угля.

 Из хижины вышла Зоя Ланг и направилась к нам, неся в руках металлоискатель – длинный черный посох с белым контрольным ящичком возле верхушки и белым плоским диском в самом низу.

 Подойдя к нам, доктор Зоя Ланг проигнорировала Самого и проникновенно обратилась ко мне одному:

 – Вы ведь скажете мне правду. Уверена, вы умеете лгать – и очень неплохо, но на этот раз вы скажете мне правду.

 Я не отвечал. Мое молчание доктор Зоя Ланг приняла за согласие с ее словами, каковым оно и было.

 – Я видела портрет, – продолжала она. – Вы его написали?

 – Да.

 – Рукоять шпаги спрятали тоже вы? -Да. – Она здесь... в этой хижине? И я могла бы найти ее?

 – Да... – не сразу ответил я. – Да.

 Дядя Роберт от возмущения открыл рот, собираясь протестовать, но Зоя Ланг метнула на него сердитый взгляд и сунула ему в руку металлоискатель.

 – Можете оставить рукоять у себя, – сказала она. – Я больше не буду искать ее.

 Сам в изумлении уставился на нее, а она тем временем распорядилась, чтобы ее помощники прекратили поиски.

 – Но, доктор Ланг... – возразил ей кто-то из них.

 – Рукояти здесь нет, – прервала она возражавшего. – Мы уходим отсюда.

 Мы наблюдали, как они собрали свои лопаты, кирки, металлоискатели и неторопливо унесли все это в мини-фургон. Когда они уехали, Зоя Ланг сказала Самому:

 – Вы не поняли, в чем дело, признайтесь.

 – Откровенно говоря, нет, не понял.

 – Дядя Роберт не видел портрета, – сказал я.

 – О! – Зоя Ланг часто заморгала. – Как он называется? У него есть название?

 – Портрет Зои Ланг.

 На глазах у Зои Ланг показались слезы, покатившиеся по старческим морщинам ее щек. Все, как предвидела Флора, жена Джеда.

 – Я не стану, не могу бороться против вас, – сказала Зоя Ланг мне. – Вы сделали меня бессмертной.

* * *

 Зоя Ланг уехала в своем маленьком белом автомобиле, а Сам вошел в мою хижину и долго смотрел на ее портрет.