Все сооружение носит следы значительной давности. Многие округлые камни были закрыты слоем почвы почти до половины. Большинство длинных камней упали на землю. Только некоторые камни хорошо сохранились. Многие же развалились на крупные куски или на груды обломков. Длинные камни специально откалывались строителями, им придавалась определенная форма. Они высечены главным образом из кремниевых и окварцованных песчаников и пиритизированных сланцев, имеющихся в ближайшем ущелье. На камнях оказалось только два изображения, по-видимому, нанесенные значительно позже постройки ограды. На одном из них нетрудно узнать кабана, на втором — джейрана.

Сооружение ограды, без сомнения, было результатом большого коллективного труда. По приблизительным подсчетам, на ее постройку ушло 350 крупных камней, каждый из которых имеет вес от 300 килограммов до 1–2 тонн. Все сооружение создает впечатление капитального, рассчитанного на долгие века.

Каким образом с гор, с расстояния не менее 4–5 километров, доставлялись такие тяжелые и крупные камни? Как их грузили и перевозили? И наконец, какое значение имела ограда?

В журнале «Туркестанский охотник» в 1924 году опубликована следующая легенда. Где-то в верхнем течении реки Или во времена Тамерлана разбился на охоте за куланами любимый его сын. Отец приказал построить громадную ограду, перегородил ею долину и, созвав большое количество охотников, в отместку за гибель сына устроил облаву на куланов. Животные большими стадами добегали до ограды, откуда им оставался единственный путь — к реке. Там они погибали, прыгая с высокого обрыва.

Правдоподобна ли эта легенда? Ближайший обрывистый берег расположен совсем в стороне, в 20 километрах. Кроме того, черная ограда значительно древнее времен Тамерлана и, по-видимому, сооружена до нашей эры.

Может быть, ограда имела оборонительное значение. Но кто и зачем стал бы ее строить посередине голой пустыни, вдали от поселений. Судя по всему, сооружение имело какое-то ритуальное значение. И все же небольшая доля истины кроется в народной легенде. Положение в центральной части равнины, линия полукруга, вне всякого сомнения, позволяли использовать сооружение для коллективной охоты загоном. Немного восточнее этого места, между горами Алтынэмель и Большими Калканами, расположен участок пустыни, где зимой почти не бывает снега, он не покрывает пастбищные растения, и животные могут пастись. Осенью джейраны перекочевывают с запада в эти давно излюбленные места, продвигаясь между рекой Или и горами Чулак. Весной животные переходят обратно на запад. Если осенний переход джейранов растянут и животные идут в одиночку или небольшими группами, то весной они кочуют большими стадами. На эти весенние перекочевки, по-видимому, и было рассчитано сооружение.

Картину охоты можно представить следующей.

Части равнины, свободные от ограды, занимали загонщики. При приближении стада джейранов загонщики пугали животных и направляли их к затаившимся стрелкам. Здесь подавляющее большинство джейранов истреблялось. Короткое расстояние между охотниками позволяло стрелять почти в упор из лука, бросать копья и добивать раненых дубинками.

Видимо, подобная охота на джейранов была большим родовым праздником. Пустыня оживала от ржания коней, крика погонщиков, расцветала множеством огней костров. Слышался говор, смех. Массовая охота, пиршества, состязания в ловкости и храбрости чередовались с песнями и плясками. Быть может, иногда у сооружения происходили кровавые столкновения враждовавших племен. А сейчас, всеми забытая, все еще стоит в жаркой пустыне черная ограда — свидетель давно минувших дней.

Два дождя

Пока мы осматривали черную ограду, подул низовой ветер и появились облака.