— Боже милостивый! — воскликнул Пирс. Его потрясение отразилось и на лице Чада. — А Райан не смог объяснить обстоятельств дела маршалу?

— Он пытался, но маршал Прингл не хотел его слушать. — Китти глубоко вздохнула. — Райана отвели в тюрьму, признали виновным и повесят меньше чем через две недели за преступления, которых он не совершал.

— Проклятие! — выругался Чад, прерывая молчание, которое воцарилось после слов Китти.

— На суде Райан сам себя защищал? — спросил Пирс.

Китти вспыхнула и ответила:

— Он боялся сказать лишнее, потому что в этом случае могла раскрыться моя связь с бандой Бартона. Несколько лет я была в банде и во время ограблений должна была стоять снаружи, караулить. Я очень хотела дать показания, даже если бы при этом вскрылась правда обо мне, но Райан не позволил.

— А что насчет Терезы? — спросил Берт, выслушав историю Китти. — Если я был слишком болен, чтобы присутствовать на суде, то Тереза знает правду и должна была свидетельствовать в пользу Райана.

Чад и Пирс ждали ответа Китти, поставив ее в неловкое положение. Она не знала, как Берт среагирует, узнав, что Тереза обманула Райана.

— Давай говори, дорогая! — потребовал Берт. — Я уже догадываюсь, как все было в суде. Тереза резко изменилась с того дня, как Китти вошла в дом, — объяснил он братьям Делейни.

— Извини, отец, — с сожалением сказала Китти, — Тереза солгала насчет Райана на месте для свидетелей. Не думаю, что кто-нибудь сочтет это настоящей ложью. Она просто исказила правду. Она утверждала, будто Райан был в банде, и попыталась впутать и меня. Но к тому времени Дуранго уже сказал, что не признает во мне Кита, так что эту часть ее показаний судья отклонил. Полагаю, поэтому Райан и предпочел не говорить всю правду. Подозрение уже пало на меня, и ему не хотелось снова поднимать эту тему.

— Так Райана признали виновным и приговорили к повешению? — мрачно спросил Пирс.

— Если бы мы могли приехать вовремя! — запричитал Чад. — Дело в том, что поезд, на котором мы поехали, сломался. И нам пришлось добираться сюда на лошадях. Путь неблизкий. Мы скакали без устали, но все равно на дорогу ушло много времени. Уверен, после этой поездки ноги у меня навсегда будут колесом, как у кавалериста.

Китти взглянула на Берта и испугалась. Глаза у него были закрыты, и он тяжело дышал.

— Отец! Я так и знала, что для тебя это будет большим ударом. Ведь доктор запретил волновать тебя. Я сейчас же кого-нибудь пошлю за ним!

Берт открыл глаза и положил ладонь на ее руку.

— Нет, дорогая, со мной все хорошо. Я не собираюсь пока умирать. Не раньше, чем буду знать, что Райан оправдан и освобожден из тюрьмы. У нас с Райаном есть еще одно незаконченное дело.

— Что за дело, отец?

— Пусть это останется между мной и Райаном, — сказал он таинственно.

— Постарайтесь не волноваться, Берт, — посоветовал Пирс. — Мы с Чадом не позволим повесить нашего брата. Маршалу придется прислушаться к нам. Если не получится, мы найдем судью, и расскажем ему нашу историю. А в крайнем случае просто устроим ему побег. Но пока мы снимем комнату в городе, чтобы быть поближе к Райану, и свяжемся с вами, как только узнаем что-нибудь.