Высокий худощавый человек лет сорока, в котором смешалась кровь древних майя и испанских завоевателей, первый подошел поздороваться с ними.

– Я – Карлос Гомес, старший штейгер сеньора Варьезе, – представился он. – Я и мои люди позаботимся обо всем необходимом для вас. – Его взгляд остановился на Элен, и приветливая улыбка сменилась озабоченным выражением. – Переход предстоит тяжелый. Джунгли могут быть очень негостеприимными. Попадаются ядовитые змеи, пауки, прочие насекомые. И дорогу прокладывать придется нам самим.

– Мой муж уже предупредил меня об этом, – ответила Элен. – Но я уверена, что выдержу.

Карлос посмотрел на Питера, ища поддержки.

– Она уже все решила. – Питер и восхищался смелостью жены, и в то же время боялся, что она не приняла всерьез его рассказ об ожидавших их трудностях. – Но если она передумает, мы всегда сможем вызвать за ней вертолет.

Карлос сказал что-то по-испански, и Питер кивнул. Элен догадалась: оба они сошлись на том, что уговаривать женщину бессмысленно. Но ее это не смутило. Что ей было делать на гасиенде, в окружении чужих людей?

– Может быть, двинемся? – Элен взвалила на спину свой рюкзак.

Карлос снова бросил на Питера вопросительный взгляд, в ответ тот лишь пожал плечами, словно говоря: «Ничего не поделаешь», и взялся за свой рюкзак.

Как и предупреждал Питер, в джунглях было жарко, душно, кругом кишели насекомые. Через несколько часов Элен вся взмокла, одежда липла к телу, руки устали отгонять мошкару, ноги ныли от непривычной нагрузки. Потихоньку она начала сомневаться в своем здравомыслии. И тут увидела свисавшую с ветки змею и застыла как вкопанная.

– Ну что, жалеешь, что пошла с нами? – спросил Питер, подходя сзади и прослеживая направление ее взгляда.

Элен посмотрела на него, и страх исчез.

– Нет, – ответила она и снова пошла вперед. Поразительно, но это было правдой. Не смотря на змей, жару, насекомых и усталость, Элен ни о чем не жалела. Да, ее поведение в последнее время было вовсе не в характере прежней благоразумной Элен Риз. Но к чему цепляться за старое?

На другой день ближе к вечеру Элен невольно открылась истинная причина ее поведения. Она сидела на валуне, дожидаясь, когда Питер выйдет из маленькой пещеры, в которую он протиснулся несколько минут назад. Элен хотела последовать за ним, но он решительно воспротивился. Пещеры, сказал он, совершенно непредсказуемы. Возможно, внутри она окажется такой узкой, как эта вот расселина в скале.

– Мне хорошо платят за то, что я залезаю в кроличьи норы, – сказал он. – А ты подождешь меня здесь вместе с Карлосом и остальными.

– Ты будешь осторожен? – тревожно спросила она.

Питер снисходительно улыбнулся.

– Я всегда осторожен.

И, быстро поцеловав ее, исчез.

Проходили минуты, Питер не возвращался, и нервы Элен начали сдавать. Ей пришлось сознаться самой себе, почему в действительности она отказалась остаться на гасиенде: ей просто не хотелось разлучаться с Питером. Неужели это продиктовано любовью?..

Элен обхватила колени руками и опустила на них голову. По сути дела, она не многого ждала от своего брака. Она стала женой Питера, во-первых, потому, что хотела замуж, а также потому, что никогда еще ее так сильно не влекло к мужчине. Но, как предсказывал сам Питер, однажды утром она проснется, искренне недоумевая, почему она тут, в его постели? Правда, до сих пор при виде Питера она продолжала испытывать радость и волнение.

– Но и физическое влечение гаснет не сразу, – пробормотала Элен едва слышно. Может быть, она испытывала бы страх, сжимающий сейчас ее сердце, за любого, кто полез бы в эту сырую черную дыру?.