У Ромма такое чувство пространства тоже было, но не столь сильное, что его удручало, хотя он надеялся, что с возрастом и опытом оно достигнет такой же силы, как и у Качура и потому сейчас, чтобы в глазах старого капитана не выглядеть пустышкой, так называли пилотов, посредственно понимающих пространство, усиленно штудировал реальный космос, запоминая многочисленные пути астероидов и комет, которыми изобиловало внутреннее пространство Сетранской системы, учился ориентироваться среди звёзд, не только видимых, но и очень далёких, отображаемых лишь на экране пространственного сканера, надеясь когда-либо добраться и до них. Его усилия давали свои плоды и Качур уже доверял ему не только пилотирование на трассе, но и сложные маневры с причаливанием к космическим заводам и потому Управлением Космофлота Федерации уже было решено, что капитаном КТА – 02, после ухода Качура станет Ромм Вегов. Но эта перспектива Ромма больше удручала, нежели окрыляла и он со всё большей грустью провожал, иногда встречающиеся космическому тягачу, величественные космические лайнеры, скользящие по пассажирским трассам и сияющие сотнями своих бортовых огней, будто выведенная в пространство электрическая гирлянда, когда, волею пространства, грузовые и пассажирские космические трассы оказывались неподалёку друг от друга.

Но в одном из последних оборотов с Ромом произошло очень странное событие, придавшее его, до сих пор, более-менее спокойной жизни, неожиданный динамизм…

***

– Ка-кая кра-со-та! – Протянул Ромм, всматриваясь в лобовой иллюминатор тягача. – Никогда не думал, что космические яхты в пространстве так прекрасны. – Он покрутил головой.

Грузовой космический поезд уже завершал свой очередной оборот и сейчас находился неподалёку от Орс. Хотя Ромм уже видел несколько раз воочию флуорицирующие космические яхты с огромным блестящим парусом, грациозно скользящие в пространстве, но как и Качур, лишь провожал их безразличным взглядом.

– Почему наши трассы едва не пересекаются? – Поинтересовался Ромм, поворачиваясь к Качуру, когда космическая яхта ушла за край иллюминатора.

– Это проблема не грузовой трассы, а трассы регаты, которая зависит лишь от направления звёздного ветра, дующего с Сетры. Как он дует, так они и ходят. – На удивление, пространно пояснил Качур, до сих пор за весь рейс проронивший едва ли с десяток слов. – Какой-то ты странный Ромм в этом рейсе? – Качур повернул голову в сторону своего штурмана и второго пилота. – Прежде ты больше глазел в экран пространственного обзора, нежели в иллюминаторы, а в этом обороте, несмотря на то, что пялишься в них не отрываясь, ты пропустил два хороших булыжника. Такое впечатление, что тебе кто-то настучал по голове: всему ты удивляешься, будто школяр, впервые попавший в пространство.

– Как сказать, кэп. – Ромм широко улыбнулся. – Со мной всё в порядке. – Он лихорадочно пытался найти убедительное объяснение своей странности. – Просто, я пытался найти для себя какое-то стоящее дело во время отдыха. Больше думал, потому и меньше занимался звёздными картами, и больше глазел в иллюминаторы, что и сказалось на внимании. Даже не знаю, что на меня нашло. Видимо, потому, будто впервые и увидел космическую яхту, что тебе и показалось странным. Извини кэп, но мне не слишком нравится моя жизнь, какая-то она однобокая. – Ромм глубоко вздохнул.