Дверь с улицы, днём выбитая Хаором, уже была на месте, но теперь её открыл Мигот. Едва Хаор вошёл в фойе клуба, стоявший на дверях, всё тот же, молодой турут поспешно отошёл в сторону и вся компания беспрепятственно вошла в зал.

Полусумеречный зал был наполнен едва ли наполовину, что несколько удивило Ромма, так как вчера посетителей было гораздо больше. Ринга не было. Звучала громкая ритмичная музыка и в том месте, где должен был быть ринг, дёргалась большая часть посетителей зала. Остальные стояли и сидели у длинной стойки бара в противоположном конце зала и потому путь в коридор был свободен. Но всё же появление Хаора, который здесь был, однозначно, выше всех, не оказалось незамеченным – дёргающиеся посреди зала туруты, будто по мановению волшебника, мгновенно замерли, топот ног утих и по полу зала отчётливо и громко застучали ноги Хаора, обутые в твёрдые сапоги, чёрного цвета. Стоявшие у бара, видимо поняв, что что-то происходит, повернулись ко входу и тоже замерли с открытыми ртами и лишь когда, шедший за Миготом, Хаор скрылся в коридоре, в зал вернулся прежний шум.

Из коридора Мигот вошёл в тоже помещение, где готовился к бою и Ромм. Остальные вошли за ним. В помещении стало тесно.

Мигот бросил быстрый взгляд на Илию, затем уставился в Ромма.

– Ей здесь не место. – Произнёс он, грубым голосом.

Ромм повернул голову в сторону стоящей рядом Илии.

– Здесь будет мужской разговор. – Заговорил он и достав из кармана костюма одну банкноту, сунул её в руку Илии. – Найди себе занятие в зале. Встретимся позже.

Ничего не ответив, Илия сжала руку с банкнотой, повернулась и вышла.

Мигот шагнул к ближнему стеллажу и достав из него баночку с тоником, принялся вертеть её в руках.

– Скоро схватка я хотел бы увидеть, как ты машешь руками и дёргаешь ногами… – Заговорил он переводя взгляд с Хаора на Ромма и обратно. – Чтобы знать, что тебе подсказывать.

Повернувшись в сторону тапра, Ромм повторил сказанное Миготом на универсальном языке. Едва Ромм сказал последнее слово, Мигот взмахнул рукой и в сторону Хаора полетела баночка с тоником, но едва она оказалась на уровне рук тапра, как две его руки сомкнулись на баночке и во все стороны брызнул веер красной жидкости. Ни Ромм, ни Мигот увернуться не успели и на их одеждах отпечатались красные полосы тоника.

– Проклятье! – Вырвалось у Ромма.

Он попытался осторожно стряхнуть красную полосу со своего костюма и на удивление все красные кляксы беспрепятственно скатились на пол.

Ничего не говоря, Хаор, вдруг, взмахнул одной из своих рук и стоявший неподалёку на стеллаже пластиковый ящик повис у него на руке, из дыры на пол потекла струя какой-то зелёной жидкости. Хаор вернул дырявый ящик на стеллаж.

– Неплохо! – Мигот покрутил головой, пытаясь стряхнуть со своей одежды красные капли тоника, но видимо его одежда была не столь совершенна и часть пятен уже успела надёжно впечататься в неё. – Но чтобы победить Айта, этого мало.

Ещё Ромм не договорил последнее слово, как Хаор взмахнул одной из своих ног и один из ящиков со стеллажа полетел вдоль прохода. Ударившись вдали о стену, он разлетелся на мелкие кусочки, на пол посыпались блестящие упаковки.

Ничего не сказав, Мигот покрутил головой, затем оставил своё занятие, так и не приведя до конца свой костюм в порядок, поднял взгляд на Ромма.

– Ты уверен в той женщине, что привёл с собой? – Произнёс он.

– У меня нет причины, не доверять ей. – Ромм дёрнул плечами.

– Есть информация, что она и Стойл имеют друг к другу интерес.

– Это подтверждено?

– Они это не афишируют.

– В таком случае, я склонен верить в её искренность.