Прошло несколько мгновений – в проёме никто из турутов больше не появлялся, но вместе с тем в коридор начали влетать штрихи красных лучей, но видимо туруты стреляли прячась за стеной и потому лучи летели по диагонали коридора и впивались в его стены на достаточном расстоянии от Ромма.

Возобновившееся стрельба вернула Ромма в реальность событий. Шагнув к оружию, он поднял его. Лицо Ромма тут же исказилось гримасой досады – прицел был разбит. Ромм провёл рукой под ним и нащупав какой-то выступ нажал на него – остатки прицела подпрыгнули и отлетели в сторону. Мысленно чертыхнувшись, Ромм подошёл к Рапп Рутту и тронул его за плечо – анхеот никак не отреагировал, хотя было видно, что он дышал. Отправив в его адрес нелестный эпитет, Ромм наклонился и попытался поднять Рапп Рутта и хотя тот оказался не слишком тяжёлым, но одной рукой работать было несподручно – Ромм вначале поставил анхеота вертикально, затем положил себе на плечо и повернувшись к дверному проёму лицом, принялся пятиться от него, периодически посылая в сторону проёма невидимые лучи из своего непонятного оружия, прижимая его локтем к телу, чтобы оно не так ёрзало при выстреле, но всё же каждый выстрел ощутимо отдавал в бок, но стискивая зубы, Ромм терпел.

Имели ли его выстрелы какие-то последствия для турутов, он мог лишь гадать, но они больше не появлялись в проёме, хотя штрихи красных лучей продолжали влетать к коридор, вызывая у Ромма нервозную усмешку. Лишь один раз ему показалось, что в проём высунулось человеческое лицо и сразу же исчезло. Ромм тут же нажал на спусковой крючок, но невидимый луч, скорее всего не достиг цели, так как никакого шума не послышалось.

Ромм пятился уже столь долго, периодически бросая короткие взгляды себе за спину, что ему казалось, что он по другому никогда и не ходил. С Рапп Руттом на плече пятиться было не слишком удобно, утешало лишь то, что тот был не тяжёлый и до того гибкий, что висел на плече, будто шланг. Коридор оказался очень длинным и его конец приближался столь медленно, что Ромму казалось, что он до него никогда не доберётся. Но в конце-концов он подошёл к серой стене, из верхней части которой торчал круглый остроконечный предмет, видимо являющийся тем самым излучателем красных силовых лучей.

Противоположный вход в коридор отсюда просматривался лишь небольшим светлым прямоугольником. Туруты по какой-то причине перестали стрелять и больше никто из них не показывался в дверном проёме. С одной стороны это тревожило Ромма, так как туруты могли задумать что-то неприятное; с другой – у него теплилась надежда, что они поняли их силу и решили, просто, уйти.

Не оставляя без внимания противоположный вход в коридор, Ромм присел, чтобы положить Рапп Рутта на пол, но едва ноги анхеота коснулись пола, он, вдруг, вздрогнул и дёрнувшись, достаточно резво спрыгнул с плеча Ромма. Ромм выпрямился.

– Ты, всё время, пока я тебя тащил, был при памяти? – Произнёс он голосом, полным возмущения.

– Я только что очнулся. – Ответил Рапп Рутт своим неизменно бесстрастным голосом.

– Что произошло? Почему ты оказался без сознания?

– Спираль, которую ты выпустил в сторону этой стены… – Рапп Рутт коснулся стены, рядом с которой стоял. – Задела меня. Ощущение не из приятных. – Он покрутил головой.

– Ты знаешь каким видом энергии оно стреляет? – Ромм положил руку на оружие.

– Какой-то силовой луч, закрученный спиралью. Что-то похожее на силовой красный луч, который нас обездвижил.

– Где туруты? Почему они перестали стрелять?

Рапп Рутт уставился в противоположный конец коридора. Ромм нетерпеливо крутил головой, переводя взгляд то на анхеота, то на светлый прямоугольник далёкого входа.