Выбросив это кресло в ангар, Ромм принялся освобождать остальные и вскоре их пять лежали снаружи летательного аппарата. Оставил в салоне он лишь одно кресло первого ряда. Закончив с креслами, он побежал к звёздной яхте.

На удивление, яхта оказалась очень тяжёлой и от прикладываемых Роммом усилий даже не шевелилась. Отправив в адрес её конструкторов нелестный эпитет, Ромм вернулся к летательному аппарату.

– Рапп! Подгони флайбот к яхте. – Громко заговорил он, заглядывая в салон и невольно вздрогнул от объёмных звуков прокатившихся по пустому салону. – Она тяжёлая.

Оттолкнувшись от дверного проёма флайбота, Ромм опять побежал к яхте.

Едва он оказался около яхты, как над ней завис летательный аппарат. Ромм замахал руками, показывая, чтобы Рапп Рутт посадил флайбот рядом с яхтой. Рапп Рутт выполнил его просьбу и виртуозно приткнул флайбот дверным проёмом буквально в ширине ладони от звёздной яхты. Ромм вновь заглянул в салон.

– Рапп! Помоги! Она тяжёлая! – Выкрикнул Ромм.

Из-за спинки кресла выглянуло коричневое лицо анхеота.

– От меня мало пользы физически. – Заговорил он. – Насколько я знаю, звёздная яхта легко разбирается. Поторопись. Я чувствую недалёкие энергичные перемещения биополей персонала базы. Не исключено, что они нас ищут.

– Проклятье! – Невольно слетело с губ Ромма и он бросился к яхте.

Яхта действительно разбиралась, но не так легко, как это предполагал Рапп Рутт. Замки оказались достаточно сложны. Их было около двух десятков и к тому же, они были нескольких конструкций и чтобы расцепить их все у Ромма ушло не менее четверти часа. Долго пришлось повозиться с первым замком, пока, наконец, удалось понять механизм его перекрёстных запоров. Звёздная яхта разделилась на три части: лыжу; парус и движитель. Лыжа и движитель так и остались неподъёмными. Возможно они разбирались и на более мелкие фрагменты, но Ромм неизвестно каким чувством понимал, что времени на выяснение этого обстоятельства у него уже нет. Попрыгав вокруг частей яхты и сдвинув их лишь на несколько миллиметров, он уже было вознамерился бросить их, так как наиболее привлекательную часть яхты – парус, ему удалось затащить в салон флайбота, хотя он тоже оказался нелёгким, как, вдруг, он увидел у стены ангара свисающее нечто, похожее на ручную лебёдку, похожая была в ангаре его тягача на Затре. Бросившись к нечто, он взялся за цепь и потянул её, цепь послушно заскользила в его руках. Это действительно была ручная лебёдка, перемещающаяся в ангаре по потолочному профилю. Погрузить тяжелые части звёздной яхты теперь оказалось делом техники и вскоре они уже лежали внутри салона. Оттолкнув лебёдку в сторону, Ромм подбежал к анхеоту, так и не поднявшемуся из кресла пилота.

– Рапп, что вы делаете со своими телами после смерти? – Поинтересовался он.

– Вопрос непонятен. – Прозвучал, на удивление твёрдый голос Рапп Рутта.

– Когда твои сограждане умирают, что вы делаете с их телами: закапываете; сжигаете или что-то третье?

– Зачем тебе? Хочешь завершить свою жизнь на Анхеоте. Не советую. – Рапп Рутт мотнул головой. – Наш мир мало пригоден для твоего ущербного носителя.

– Я хочу узнать, что сделать с останками шмутта. Не оставлять же его на полу ангара.

– Сжигаем. – Прозвучал негромкий ответ.

– Рапп. – Ромм прижал руку к своей груди. – Ты говорил, что можешь не чувствовать запах разлагающегося тела.