Огромный проем зиял в толще горы. Прямо над ним в скале было выдолблено окно. Навес над окном был покрыт красной черепицей, частично обвалившейся. Было похоже, что главную башню вначале построили, а потом врыли в землю, так что только самый верх ее остался на поверхности.

— Это Серебряные ворота, — сказала Магда. — Серебряная дорога ведет к Верхним амбарам и Длинным лестницам. Надеюсь, что дорога свободна. В любом случае будьте осторожны — и удачи!

— Спасибо! — сказал Феликс. Готрек кивнул жрице. Альдред, Юлис и Цауберлих поклонились. Люди выглядели растерянными.

Они начали проверять свои светильники и искать масло. Провизией они запаслись в изобилии, все оружие было смазано и готово к бою.

Магда порылась в складках своей мантии, извлекла оттуда свиток пергамента и передала его Готреку. Он развернул его, быстро взглянул и так низко поклонился ей, что хохол его почти коснулся земли.

— Да пребудет над всеми вами взор Грунгни, Гримнира и Валаи, — промолвила Магда, осеняя их благословением.

— Благословение Сигмара на вас и ваш род, — откликнулся Альдред Разящий Клинок.

— Пошли, — сказал Готрек. Они подхватили свою поклажу и начали спускаться в проход. Феликс заметил, что его стены украшены старинными рунами гномов, слегка тронутыми временем.

Спустившись чуть ниже, они оказались в темноте и сырости. Феликс не мог побороть дрожь.

Свет из огромного окна тускло озарял дорогу в подземелье. Феликс не мог не поразиться мастерству гномов-строителей. В конце склона он остановился и оглянулся. Жрица и ее свита все еще стояли у входа. Он помахал ей, и она подняла в ответ руку. Затем они начали спуск, и все исчезло из виду. Феликс печально задумался, все ли из них вновь увидят дневной свет.

— Что вручила вам жрица, господин Гурнисон? — поинтересовался Иоганн Цауберлих. Готрек вложил свиток в руку колдуна.

— Это чертеж города, скопированный с настоящей карты в храме Валаи Помнящей. Он изображает все земли, которые исследовал отряд князя Белегара.

В мерцающем свете кристалла над своей головой волшебник принялся изучать карту. Затем он покачал головой. Феликс взглянул через его плечо на карту, но увидел только тонкую паутинку рун, сплетающихся в линии, начерченные чернилами разных цветов. Некоторые черты были толстыми, другие тонкими, а третьи едва видны.

— Я никогда не видел подобных карт, — сказал чародей. — Я не могу найти ни входа, ни выхода.

Губы Готрека растянулись в неком подобии улыбки.

— Было бы удивительно, если б могли. Она написана секретными рунами Гильдии инженеров.

— Мы в ваших руках, господин Гурнисон. И в руках Сигмара, — откликнулся рыцарь. — Ведите нас.

Феликс попытался подсчитать количество своих шагов, но прекратил это занятие, остановившись на 862. Он заметил проходы, ведущие от Серебряной дороги, и вообразил себе размеры города гномов — огромного, как ледяные плавучие горы из рассказов моряков, плававших по Морю Клешней. Девять десятых этих громад были под водой. Город был больше любого человеческого города, в котором когда-либо побывал Феликс. Это открытие обескураживало.

По пути встречалось множество проемов в стенах. Некоторые из них отчасти еще были заложены кирпичом, причем недавно. Кое-где кладка была грубо разбита. В воздухе стоял гнилой запах.

— Это сгнившее зерно, — пояснил Готрек. — Зимние запасы города. Хотя похоже, что в закромах Белегара побывали гоббы.

— Если здесь есть поблизости зеленокожие, они скоро отведают моей стали, — сказал Альдред Разящий Клинок.

Юлис и Феликс обменялись тревожными взглядами.