– Алла Гурьевна! – окликнул ее Мономах. – Погодите, я… я вас провожу – здесь небезопасно ночью.

– В самом деле? Насколько я понимаю, людям из общины запрещено шататься по лесу ночами!

– Я не о людях говорю.

– А о ком же?

– Ну вот, к примеру, недавно я столкнулся с весьма недружелюбным диким кабаном.

– Господи, как же вы спаслись? – испуганно спросила Алла. – Говорят, они очень опасны, если их побеспокоить!

– Меня кое-кто выручил. Женщина.

– Из общины Досифея?

– Не думаю. Во-первых, как вы уже сами сказали, сектанты по ночам сидят за забором – у них там что-то вроде комендантского часа. Во-вторых… ну, она не похожа на них, понимаете? Совершенно бесстрашная дама!

– Надеюсь, вы отблагодарили ее должным образом? – поинтересовалась Алла, с удивлением чувствуя, что любое упоминание Мономахом другой женщины ей неприятно – даже той, которая, вполне возможно, спасла ему жизнь или как минимум сохранила здоровье!

– Я не смог, – ответил он. – Она растворилась в воздухе!

– А, так та женщина – привидение? – Алла иронично изогнула бровь, размышляя, уместно ли испытывать ревность к представительницам потустороннего мира.

– Честное слово, было похоже на то!

Так, беседуя, они прошли через не очень густой лес и вышли к месту, где с включенными фарами стояла машина Дамира. Мономах не стал приближаться и, распростившись с Аллой, повернул в обратную сторону.

– Кто это с вами, Алла Гурьевна? – спросил Дамир, когда она, распахнув дверцу, забралась в салон. – Что-то не разглядел в сумерках.

– Князев, – коротко ответила она и, не желая развивать тему, поинтересовалась: – От экспертов нет новостей?

– Если вы про машину, то нет: я уже дважды их дергал, и в последний раз на меня наорали. В принципе, не удивительно: времени-то прошло всего ничего! Но сдается мне, Алла Гурьевна, тут тупик: машина Константина не участвовала в аварии.

– Пожалуй, с вами соглашусь.

– А вам не показалось странным, что Досифей скрыл от нас факт наличия у своего подручного соответствующей тачки?

– Показалось, – согласилась Алла. – И как, по-вашему, о чем это говорит?

– По-моему, о том, что Досифей не знает, имел ли Константин отношение к случившемуся. А еще это означает, что он не уверен в нем, понимая, что, в сущности, Константин на такое способен.

– А если Досифей не знает, – продолжила развивать тему Алла, – получается, он сам не планировал убивать Олега Князева! Может, он не врал, говоря, что тот в общине не появлялся?

– И тогда мы снова там, где были в самом начале: если Досифей ни при чем, кто тогда?

– Да-а, задачка…

– Кстати, насчет экспертов, – неожиданно добавил Дамир, вливаясь в редкий в этот поздний час поток авто, движущихся в сторону города. – Кажется, мы теперь знаем, кто такие Константин и Марфа!

* * *

Как и обещала Аграфена, провожатая ждала Мономаха на полянке на полпути к общине. Ею оказалась потрясающе хорошенькая девушка, представившаяся Настасьей. Мономах спросил себя, что такая красотка забыла в секте, ведь она могла сделать карьеру модели да и любую другую, какую захотела бы – с таким лицом и фигурой перед тобой открываются все двери! Разумеется, он не стал ее об этом спрашивать. Одета Настасья была скромно, в хлопчатобумажный сарафан с легкой кофточкой поверх него, а на голову она зачем-то повязала платок.