|
Голова уже не болела так сильно, но тяжесть в затылке, тошнота и легкое головокружение все равно не давали почувствовать себя комфортно. Глянув в зеркало, он ужаснулся – под глазами мешки, цвет лица нездоровый, сами глаза лихорадочно блестят. Казалось, события безумной ночи изменили не только его внешность, но и душу. Это на мгновение вызвало панику, но усилием воли он заставил страх отступить. «От чрезмерной нагрузки на печень всегда бывает депрессняк», – любила наставлять Шерстка. Похоже, она оказалась права. Как обычно. Подумав, Олег решил, что ударная доза глюкозы и аскорбиновой кислоты пришлась бы весьма кстати. Ему представилась кисть винограда с бисеринками капель на пронизанных светом ягодах. В Москве его можно купить и зимой. Если есть деньги, конечно. Сухо затрещал телефонный звонок. Олег присел на корточки и снял трубку. – Алло, – еле слышно произнес он. – У тебя что, грипп? – раздался голос на другом конце провода. – Шерстка? Привет, ты откуда? – От Иришки. Я уже приехала, Витька нас забрал на машине с вокзала. – Он тебя домой довезет? – Конечно. Сейчас мы разгрузимся и поедем. Я буду дома минут через сорок. Там есть хоть намек на еду? – Есть, – усмехнулся Олег. – Вот как? Интересненько. Неужели устроился?.. – Ага. – Поздравляю. Ладно, приеду, расскажешь. – Хорошо. А что бы ты хотела на ужин? – Ого! Таких вопросов я от тебя раньше не слышала. – Нет, ну серьезно? – Ну, раз серьезно, тогда я выпила бы коньяку с черной икоркой. Курочка-гриль не помешала бы, – съязвила кузина. – Ладно, хватит дурачиться. Все, я еду. В ухо толкнулись короткие гудки. Олег положил трубку, потер лоб и помассировал шею. Хотел было открыть шторы, но сообразил, что за ними уже непроглядная темнота. – Кажется, я знаю, как чувствовал себя Аладдин, впервые применивший волшебную лампу. – Он потер руки и прикинул, сколько понадобится денег на выполнение экзотического заказа сестренки. Наспех одевшись, Олег взял пакет и приступил к ритуалу отпирания входной двери. Это был довольно сложный ритуал – пластиковая ручка сломалась еще до его приезда в Москву, а на замену замка у Шерстки не хватало ни времени, ни денег. Поэтому изнутри она приноровилась отпирать дверь отверткой, которая специально для этих целей лежала на тумбочке в прихожей. Олег так и не научился делать это с присущим кузине изяществом, но со второго-третьего раза и у него получалось провернуть непослушную бороздку в нужное положение. Вечер оказался еще ветренее, чем вчерашний, снег шел не хлопьями, а ледяными иголками, неприятно царапавшими лицо. Одинокий уличный фонарь мелко подрагивал на столбе, словно его знобило от пронизывающего холода. Светофор одноглазо пялился в темноту зеленым кошачьим взглядом. Олег пересек дорогу и углубился в насквозь продуваемые ветром дворы, заставленные брошенными на зиму автомобилями. Они вызывали назойливую ассоциацию с динозаврами, ждущими палеонтологов под толстым слоем известковых пород. Олег попытался представить, какими могут быть сны, которые снятся им долгими пустыми ночами, – это были видения, наполненные солнцем, запахом перегретого асфальта, детским смехом, плеском озерной воды и шашлыками, нанизанными на блестящие шампуры. |
