Майк искоса посмотрел на Бет: ему хотелось узнать, как она отреагирует на это замечание.

Ясное дело, она покраснела как маков цвет.

– Я просто рада, что тебе лучше, Эрни, – выговорила она с трудом.

– Мне, конечно, льстит такое объяснение, но что-то я не верю, будто старая развалина вроде меня может вогнать тебя в краску.

Бет покраснела еще сильнее.

– Я…

– Ладно, что уж там. Иди поцелуй меня, а потом оставь меня с Майком: нам надо поговорить.

Бет повиновалась, а затем вышла из палаты. На мгновение она встретилась глазами с Майком, и он понял, что она не хочет, чтобы он докладывал Эрни какие-либо подробности.

Майк едва заметно кивнул.

– Пойди сюда, Майк, – позвал Эрни, когда Бет прикрыла за собой дверь.

Майку показалось, что он снова стал ребенком, который спешит на зов отца. Майк пододвинул к кровати стул и сел.

– Я тут, папа.

– Между вами что-то происходит, верно?

– Да.

– Это серьезно?

– Да.

– Алана возвращается. Майк кивнул:

– Слышал.

– Я хочу знать, справишься ли ты. Майк заглянул в глаза отца, запавшие от боли – Эрни ее, очевидно, скрывал.

– Справлюсь, отец. Восемь лет назад я струсил, но теперь справлюсь.

– Вот и хорошо… – Отец прикрыл глаза. Майк коснулся руки Эрни и встревожился: кожа его казалась сухой, как пергамент.

– Позвать сиделку?

– Нет, не надо. – Эрни открыл глаза. – Черт бы все побрал! Так хочется быть на ногах, если возникнут осложнения!

– Обещаю, что не будет никаких осложнений.

– Пит говорит, что, возможно, сумеет быть поблизости, но я не уверен, что у него получится.

Майк перепугался. Наверное, у отца начинается бред.

– Позволь мне позвать кого-нибудь, папа. Эрни резко взглянул на него.

– Нет! – На его губах заиграла слабая улыбка. – А-а, вот в чем дело. Тебя удивили мои слова о Пите.

– Папа, Пит умер.

– Ну, не совсем, не совсем.

– Но, папа…

– Выслушай, что я скажу, Майк. Только обещай, что никому не проболтаешься.

– Папа, как я могу что-то обещать, когда речь идет о твоем здоровье?

– Тогда я тебе ничего не скажу.

Майк с досадой посмотрел на отца и решил, что будет лучше, если он все-таки узнает, в чем дело.

– Ладно, обещаю.

– Во-первых, знай, что я не спятил. Во-вторых, когда у меня случился инфаркт, я встретился с Питом – там, на другой стороне. И с тех пор мы с ним разговариваем.

– Папа, – мягко заговорил Майк, – иногда бывает, что некоторые лекарства имеют так называемый побочный эффект, и тогда…

– При чем тут лекарства! Я лишь хочу сказать, что мы с Питом всегда знали: ты и Бет будете вместе. Алане нужно, чтобы вокруг нее было множество народу, а вы с Бет – одиночки. Вы отлично подходите друг другу, вот и все. Так что сейчас мы с Питом изо всех сил стараемся, чтобы вы с Бет сами поняли это.

– О Господи… – Майк откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Сначала отец сознается, что ведет беседы с умершим другом, а потом заявляет, что всю жизнь знал о том, о чем сам Майк только-только начинает догадываться. – Так почему же ты ни разу не обмолвился, что мне, по-твоему, больше подходит Бет, а не Алана?

– Ха! Надеюсь, когда-нибудь у тебя родится сын, который будет таким же незнайкой, как ты.