— Заходи, дорогая. Ты выглядишь ужасно обескровленной. Этьен, достань из багажника кровь для бедной девочки, — приказала Маргарита. — Она очень страдает.

Этьен помог Рейчел сесть в фургон, затем забрался сам и достал из портативного холодильника в багажнике несколько пакетов с кровью.

— Как ты? — участливо спросил Бастьен, когда Этьен уселся рядом с Рейчел, зажатой между ним и его матерью.

— Прекрасно, — пробормотала Рейчел, принимая из рук Бастьена пакет с кровью. Она была так голодна, что о соломинке даже не подумала. Просто открыла рот и проткнула пакет зубами, предоставив клыкам сделать всю работу.

— Тебе придется рассказать нам все. Не упуская ни одной детали, — потребовал Люцерн.

Рейчел посмотрела на него, продолжая сжимать в руках пакет с кровью. Между тем Люцерн вынул из кармана маленький блокнот и ручку. Он явно вознамерился все записать, ну да, он ведь никогда не расставался с блокнотом. Когда Рейчел спросила у Этьена, чем занимается его брат, он пробормотал что-то насчет того, что он — щелкопер, и она не поняла, что это означает.

— Позже, Люцерн, — тихо сказала Маргарита. — Дай бедной девочке немного прийти в себя, а потом уже будешь засыпать ее своими вопросами.

— Насколько я понял, мы едем в больницу? — спросил Бастьен, включая зажигание.

— Поезжай медленнее, Бастьен. Рейчел понадобится много крови, а чтобы организм ее усвоил, потребуется какое-то время, — ответила Маргарита. — Придется тебе пойти с Этьеном, чтобы помочь ему в больнице. Мы все пойдем. Она работала там, да и шуму похищение наделало немало. Придется потрудиться. Этьену понадобится наша помощь.

— Вы о чем? — спросила Рейчел, снимая уже пустой пакет с зубов и принимая из рук Этьена следующий.

— Они захотят тебя осмотреть, — пояснил Этьен.

— А мы не можем этого допустить, — веско заметила Маргарита. — Бастьен, Люцерн и я пойдем с тобой, чтобы проследить за сознанием врачей и медсестер, они подумают, что осмотрели тебя и пришли к выводу, что ты истощена и обезвожена, ведь похититель морил тебя голодом больше недели. Мы позаботимся о том, чтобы все прошло гладко.

Рейчел кивнула и сладострастно погрузила зубы в пакет. Тело ее остро нуждалось в крови. Пусть родственники Этьена делают то, что считают нужным. Рейчел даже подумала, что ей следовало бы сразу прислушаться к их просьбам, солгать насчет Паука. Они все жили очень и очень долго и, несомненно, были стократ мудрее ее. При одной мысли о том, что могло случиться с соседкой Паука, не говоря уже о том, что могло произойти с Этьеном или с ней самой, и все из-за ее дурацкого упрямства и настойчивого желания говорить только правду и ничего, кроме правды, у Рейчел поползли мурашки по телу. Возможно, подумала она, в жизни все же бывают случаи, когда честность не является лучшей политикой, и маленькая ложь может послужить благому делу.

— Ты научишься, — тихо сказала Маргарита, очевидно, прочитав ее мысли. — Время не самый великий учитель. В отличие от опыта. Человек может прожить целую жизнь, при этом ни разу не покинув дом, чтобы испробовать жизнь на вкус, и умирает, так ничему и не научившись. А ребенок, который жил и страдал, может быть вдвое мудрее его.

Глава 17

— Говорю вам, они вампиры!

Тон у Паука изменился.