— Наверное, от пары легких укусов большой беды не будет.

Рейчел с хриплым смешком лизнула его в шею. Она сама не понимала, что делает, просто повиновалась инстинкту, а инстинкт требовал, чтобы она лизнула Этьена в шею. Вообще-то ей хотелось облизать его с головы до ног, словно огромный «чупа-чупс». Интересно, сколько раз надо будет лизнуть, чтобы добраться до серединки? Хотя вряд ли она это узнает, потому что не утерпит и сразу его разгрызет.

Она снова лизнула Этьена в шею, к своему изумлению, природным чутьем угадав трепещущую под языком жилку. Господи, как же ей хотелось его укусить! Голод терзал ее так, что сводило все тело. Наверное, ее состояние мало чем отличалось от мучений наркомана, которому позарез нужна доза. Жажда крови доводила Рейчел до исступления, но просто впиться Этьену в шею казалось ей дурным тоном, и пересилить себя она не могла. Да, прошлой ночью она кусалась, но то было в порыве страсти. Сейчас ее страсть тоже набирала обороты, но Рейчел пока недостаточно распалилась. Над этим еще надо было поработать.

Рейчел провела руками по его груди и дернула за ворот рубашки, так что посыпались пуговицы. Этьен лишь улыбнулся. Не в пример ему, Рейчел, не обладавшая таким завидным хладнокровием, оторопела от неожиданности. Она рассчитывала на то, что отлетит максимум одна пуговица, а остальные она расстегнет. По-видимому, ее тело постепенно обретало обещанную силу.

Но оторопь длилась недолго. Как только показалась его широченная грудь, отливавшая в лунном свете серебром, из горла Рейчел вырвалось плотоядное урчание, а пальцы жадно прильнули к обнаженной плоти. Его кожа была прохладной и гладкой, нежной, как бархат, но под ней угадывалась стальная твердь. Прерывисто вздохнув от наслаждения, Рейчел нагнулась и прижалась губами к его груди чуть повыше сердца. Под кожей ощущались сильные толчки. Этьен сводил ее с ума, возбуждая своей силой и жизненной энергией.

Запрокинув лицо, Рейчел запустила пальцы в волосы Этьена и пригнула его голову к себе. Вначале она только слегка водила губами по его губам, а потом приоткрыла рот и, завладев его губой, начала покусывать ее и посасывать. Видимо, решив, что с него хватит игр, Этьен стиснул Рейчел в объятиях и впился в ее губы, не тратя время ни на нежные касания, ни на игривые поцелуи. Приоткрыв рот, он настойчиво раздвинул языком ее губы. Рейчел без колебаний откликнулась на его призыв, приглушенно застонав, когда их языки слились в неистовом движении.

Послышался ответный стон — Рейчел слегка улыбнулась, невольно прервав поцелуй. Она проложила поцелуями дорожку от его подбородка к изгибу шеи, жадно вдыхая мужской запах, и, не останавливаясь, чтобы лишний раз не искушать себя бьющейся под кожей веной, спустилась к его груди. Там она задержалась, поиграв сначала с одним соском, а потом проделав то же самое с другим, одновременно чертя ногтями борозды на его спине — чувствительно, но не до крови.

Этьен застонал и выгнулся назад, перехватив ее руки в попытке притянуть к себе для поцелуя, но Рейчел лишь игриво рассмеялась и опустилась на корточки, так что ее лицо оказалось на уровне его пояса. Подняв глаза на Этьена, она лукаво улыбнулась и протянула руку к застежке его джинсов. Расстегнув пуговицу, она потянула за молнию — у Этьена от изумления вырвался судорожный вздох, а потом и вовсе перехватило дыхание.

Улыбнувшись еще шире, Рейчел просунула руку внутрь джинсов и вытащила его напрягшуюся плоть. Но обхватив губами набухшее орудие, она тут же поняла, что совершила ошибку: запах и вкус мужского естества обострили желание пустить в ход зубы до предела. Она каждой клеточкой языка ощущала, как течет и пульсирует кровь под нежной кожей твердокаменного древка.

Его фаллос сейчас напоминал ей большую сочную сосиску. Стоит надкусить — и живительный сок брызнет в рот густой струей, потечет по горлу и утолит жажду, сжигавшую внутренности.