— Рейчел?

Пройдясь взглядом по мускулистому торсу, она встретилась с Этьеном глазами, в которых явственно читался вопрос. Только сейчас до нее дошло, что она застыла с его пенисом во рту. Все получится. Она справится. Так надо. Надо доказать себе, что ей по силам устоять перед любым искушением, что она не представляет опасности для своих коллег и что даже сейчас, когда соблазн так велик, она не сдастся. Воодушевленная стонами Этьена, Рейчел снова скользнула ртом к основанию его плоти, причем ее язык с особым интересом прошелся по вздувшейся венке. «Один легкий укус. Он даже ничего не почувствует», — искушал голос в ее голове. Подавив недостойные мысли, она вернулась назад, постепенно начиная ощущать, как тело Этьена откликается на ее игры. Рейчел и раньше испытывала нечто подобное, когда их страсть сливалась в общий поток, захлестывая крутыми волнами чувственного наслаждения. Но сейчас все было по-другому. Сейчас ее сознание, занятое мыслями о пропитании, не было затуманено желанием, поэтому Рейчел переживала только возбуждение и удовольствие Этьена, но переживала их как свои собственные. Они переполняли все ее существо, и каждая клеточка ее тела чутко отзывалась на его ощущения — ощущения почти нестерпимого блаженства.

Рейчел чувствовала, как тепло и влага ее рта обволакивают его плоть — такого она никогда бы не испытала, будучи простой смертной. Ее зубы слегка царапнули нежную кожицу — у обоих вырвался стон, а Рейчел крепко стиснула бедра, когда у нее как-то необычно заныло внизу живота. Эта ноющая боль была настолько сладкой, что она несколько раз проделала то же самое, пока не поняла: еще чуть-чуть — и им не устоять перед взрывом сладострастия.

Догадываясь, что эти мысли навеяны состоянием Этьена, и желая растянуть удовольствие, Рейчел сменила ритм движений. Разочарование Этьена проникло в ее душу наравне с удовольствием, но она все равно улыбнулась.

— Рейчел! — взмолился он о пощаде, но в ее сердце не было ни капли жалости. Ею двигали острый голод и не менее острое желание. Хотелось подарить Этьену такое наслаждение, которое он не забудет до конца жизни, а поскольку его наслаждение она воспринимала как свое собственное, пропуская через себя все его ощущения, когда ее ласки достигали цели, сделать это было нетрудно.

«Вот бы всем женщинам иметь такую способность проникать в чувства мужчин», — подумалось ей. Тогда больше не пришлось бы сомневаться в своей способности доставить удовольствие партнеру, не пришлось бы действовать наугад, рассчитывая, что он сам скажет, как ему нравится. А так ты уже знаешь наверняка и делаешь, как приятнее. И, радуя друг друга, можно делиться ощущениями, недоступными простым смертным.

— Господи, Рейчел!

Она пропустила мольбу Этьена мимо ушей. Чувствуя то же, что и он, она сознавала, что окончательный взрыв уже недалек. Рейчел сама была на грани, поэтому на этот раз она не стала менять ни тактики, ни ритма. Ее возбуждение требовало немедленного выхода.

С криком он пролился к ней в рот, и в следующую же секунду ее тело сотрясла мощная разрядка. Их блаженство, слившись в общий поток, переполнило ее до краев, отключив сознание, и тут инстинкт взял свое: Рейчел вонзила клыки в набухшую вену, которую недавно ласкала языком. Этьен вздрогнул от боли и неожиданности, но в следующий миг, когда кровь заструилась по ее зубам, она почувствовала, как ему передалось ее наслаждение. Чувственное удовлетворение и удовлетворение от утоленного голода смешались, перетекая от нее к Этьену, а потом обратно, и усиливаясь с каждым таким витком, пока не снесли все преграды.