На том и распрощались. Да, еще перед прощанием уведомил главу отделения о завтрашнем своем вылете. Все равно Джунковскому о нем знать положено. Не я, так другие обязательно доложат. Так что лучше я. Заодно и отвлек генерала от тягостных мыслей, переключил на новые проблемы. И заодно сразу же решил вопрос с картами по следующему заданию – завтра с утра все необходимые для полета комплекты получим. Чтобы не откладывать это дело до нашего возвращения из Варшавы. И чтобы была у нас возможность во время полета подготовить новый маршрут на Кавказ или куда нам скажут… Главное, в ту сторону…

Домой, в Качу, добрались поздно, далеко за полночь. По дороге озадачил штурмана предстоящим вылетом, пусть с утра готовится.

В ангаре сразу же завалился в койку, даже не стал умываться. Спать!

И проспал все утро, глаза продрал только ближе к полудню. Не помешал ни шум моторов за брезентовой стенкой ангара, ни рабочая суматоха и перебранка механиков снаружи.

И где великий князь со своей свитой? После обеда я приказал собраться экипажу возле самолета. Буду проводить разбор полетов и ставить задачу на вылет. Все равно рано или поздно, а лететь придется. Если, не дай боже, ничего экстраординарного не произошло ночью.

Да и вообще, нечего народу расслабляться! Поспали спокойно ночь, и довольно!

Только построились, только я рот раскрыл, только речь приготовленную задвинуть собрался, как Дитерихс тихим возгласом мое внимание привлек, глазами в сторону расположения школы показал.

Оглянулся – от зданий машины в нашу сторону едут. В пыли не разобрать, какие именно.

– Так, народ! – снова привлек я к себе общее внимание. – Не расслабляемся! Возможно, это по наши души.

И на вопрос в глазах обращенных ко мне лиц, ответил:

– А к кому еще? Через поле едут. К авиашколе дорога в другую сторону уходит. Так что ждем и морально готовимся к вылету.

Не ошибся я в своих предположениях. Вот и организовался у нас срочный вылет в Варшаву, в Ставку. Все-таки везем туда Николая Николаевича с сопровождающими его сиятельство лицами.

Что-то не припомню я того, чтобы Ставка в Варшаве находилась. Ну да сказано лететь, значит, будем выполнять приказ.

Тут же со штурманом прикинули маршрут, посчитали расстояние. Придется делать промежуточную посадку. Где?

На мой вопрос князю от него тут же поступил однозначный ответ: в Киеве.

Ну, в Киеве так в Киеве. И мы полетели.

Сам перелет прошел спокойно. Заночевали на промежуточном и ранним утром следующего дня вылетели в Варшаву.

Там не задержались и после дозаправки ушли в Крым по обратному маршруту. Уходили в спешке, потому что с севера надвигался большой циклон. Горизонт сплошняком затянуло чернотой, пришлось поторапливаться с заправкой и вылетом. Чуть-чуть было не опоздали – взлетать начали при первых снежных порывах сильного ветра. Повезло в одном – порывы эти задували в хвост, отчего на разбеге, да и в наборе самолет ощутимо подбрасывало хвостом вверх. Приходилось все время работать рулями, удерживая самолет в более или менее прямолинейном полете, пока не оторвались и не обогнали эти снежные заряды. Поболтало, правда, знатно. Ну а что? Работа такая.

Садились в Каче уже в полной темноте. Посадочная полоса хоть и была освещена фонарями к нашему прилету, но то ли мы вымотались, то ли еще что, но на посадке что-то не рассчитали и при приземлении заломали правый поплавок. Соответственно покореженный поплавок заклинил колеса, поломал стойку. До утра провозились на поле с техникой, всем экипажем и приданными в помощь Смолину местными механиками исправляли поломку.