Пришлось простоять у ограды больше часа. Потому что выбраться из плотной толпы не было никакой возможности, а пробиваться и толкаться никак мне нельзя. Потому как мундир и звание обязывают. Хорошо еще, что место у меня получилось хотя бы с одной стороны свободное, а с другой Игнат с Семеном прикрывают, напор толпы сдерживают. Насчет сдерживают я, конечно, погорячился, но хоть как-то упираются. Правда, к решетке иной раз нас крепко прижимали, но пока удавалось держаться. В крайнем случае, если совсем уж крепко придавят – наплюю на приличия и через верх перелезу. И своим такую же команду дам. Хотя вряд ли придавят и вряд ли полезу. Говорю же, мундир не позволяет. И царская охрана может неправильно понять сие мое стремление остаться в целости и сохранности.

А потом наконец-то служба закончилась, и народ начал потихоньку рассасываться. Вот только при выходе государя с семьей из собора наиболее впечатлительная часть этой публики рванула к нему поближе, и началась давка.

С Игнатом и Семеном нас разлучили сразу же. Завертел людской водоворот, потащил неудержимым потоком вперед. Ладно я, ко всему приучен. А обыватели? Особенно женщины в их-то длинных платьях…

Однако ни особой ругани, ни матерных возмущенных и тем более болезненных вскриков поблизости я не слышал. А головой, в отличие от тела, удавалось крутить свободно. Именно тогда в поисках своих казаков я и заметил со стороны пристальное внимание к своей персоне. И мгновенно насторожился. Интуиция сыграла тревогу!

Жандармы или полиция? Нет, вряд ли, эти и так в любой момент могут меня к себе для разговора выдернуть. Тут кто-то другой. Кому я еще мог дорогу перейти? Революционеры? Запросто! Наверняка прознали от кого-то о моих откровениях и решили при первом же удобном случае избавиться от «предсказателя». Вот как только вспомнил о своей одиозной известности в высших кругах, особенно столичных, так сразу и мысли свернули, завертелись в этом направлении. Григория же убили за подобное! Не сейчас, не в этом времени. В этом-то он пока жив! А в моем! Получается тогда, что в этом времени я должен буду занять его освободившееся место? Хладное? Да что должен! Я его уже занял, как ни крути! И убьют уже меня? Вон, уже готовятся! Тянутся следом! Даже между лопатками в этот момент ледяным холодом потянуло. Нет, что-то мне не нравится ход моих мыслей! Побарахтаемся еще! Посмотрим, кто кого!

Рука хлопнула по кобуре, удостоверилась в наличии в ней револьвера (вес-то его не чувствуется, привык уже, не замечаю), провела по груди, нащупала сталь пистолета под мундиром – не поверите, но стало сразу значительно легче и… Проще как-то, что ли. Так просто не дамся никому!

Одно плохо – не выбраться никуда из плотной толпы! А зачем мне из нее сейчас выбираться? Сейчас эта толпа мне в помощь!

Постарался протиснуться в сторону от стоящих неподалеку двух господ в штатском платье. Как раз туда, где вроде бы как невдалеке две знакомые папахи мелькнули. Почти получилось. И подозрения мои укрепились в тот момент, когда эти неприметные ребята активно начали протискиваться вслед за мной. Вряд ли это у них получится, так что пока я в относительной безопасности. И вокруг одни штатские или военные, ни одного полицейского или жандарма не наблюдаю! Да и откуда они сейчас здесь возьмутся – наверняка в этот момент всеми силами проход государевой семьи обеспечивают.

Тут же опомнился, сообразил: а зачем мне полицейские? Пожаловаться? На кого? А самому слабо разобраться?

Еще разок крутанул головой, стараясь не зацепить взглядом эту парочку, не показать своей осведомленности о слежке. Нет, не вижу поблизости ни Игната, ни Семена. То ли обознался с папахами, то ли еще что. Куда их черти занесли? Ведь рядышком же были?

Закопошился активнее, с трудом преодолевая тягучее сопротивление толпы.