Похоже, "чистка перьев" закончилась. Анубис как будто успокоился, но время от времени бросал в мою сторону острые испытующие взгляды.

И что мне теперь делать? По-прежнему изображать горбатого, которого разбил паралич? Вот незадача…

Нет, сукин сын, шалишь! Пусть я волкодав на пенсии, но клыков еще не утратил. Пора затевать контригру.

Напуган – значит, побежден. Но в том-то и дело, что страха я не чувствовал. Я лишь ощутил легкий мандраж и то поначалу. Что вполне закономерно.

Я принял решение.

– Марья Казимировна, не пора ли нам освежиться? – сказал я, наливая ей шампанского. – А не то мы уйдем отсюда трезвыми.

– Разве смысл посещения ресторана заключается в том, чтобы напиться?

– И не только, – ответил я с подчеркнутой убежденностью. – Еще нужно снять подругу и устроить небольшое мордобитие. Это чтобы снять стресс. Вот тогда отдых будет по настоящему полноценен.

– Так за чем остановка?

– За малым. Подруга у меня уже есть. А на кулак пока никто не просится.

– Вот беда…

И Марья заразительно рассмеялась.

Мы выпили, закусили, поболтали минут пять на отвлеченные темы. В этом вопросе мне было далеко до Марьи с ее солидным образованием и незаурядной эрудицией. Поэтому я больше хохмил и как обычно прикидывался валенком.

Марья знала, что это далеко не так, и легко прощала мне ляпы, которые я изрекал по простоте душевной.

Она думала, что я ерничаю.

Это было мне на руку, и я временами, особо не задумываясь, нес всякую чушь, не боясь выглядеть в ее глазах тупым солдафоном.

– Марьюшка, ты тут посиди без меня чуток, – сказал я, поднимаясь. – Я сейчас…

Марья понимающе кивнула и обратила свой взгляд на девиц, которые как раз танцевали канкан. Я тоже посмотрел бы на них с большим удовольствием, но этот гад Анубис, этот шакал коцаный, торчал в моих мозгах как нарыв. Такой вечер испохабил… Урод.

Я шел по залу с пьяной миной на лице, пошатываясь и наталкиваясь на стулья. Нельзя сказать, что я выглядел на фоне остальных белой вороной. Пьяных в зале было – хоть отбавляй.

Лишь бы не переиграть…

Я выбрал зигзагообразный маршрут, с таким расчетом, чтобы все время держать Анубиса в поле зрения. Но странное дело: он лишь взглянул на меня мельком и отвернулся. Притворяется? Не знаю, не знаю…

Когда за мной закрылась дверь туалета, я с облегчением привалился к стене. У меня даже ноги дрожали.

Легче войти в реку с крокодилами, нежели прогуливаться на виду у Анубиса.

С первыми все заранее известно. Тварь, она и есть тварь, – всегда голодная и готова к нападению в любой момент. А что касается Анубиса, то можно только гадать, когда и где он нанесет свой разящий удар.

Я стал возле выхода и сделал вид, что решил покурить здесь в тишине и спокойствии. Время от времени я приоткрывал дверь и смотрел на Анубиса. Его стол с моего "наблюдательного" пункта был виден во всех подробностях.

"Мистер Смерть" сидел как засватанный. Казалось, что он поглощен только разговорами и едой. Анубис даже улыбался и поднимал тосты. Вот сволочь! Ну и нервы…

Но почему он не глядит в мою сторону? Наверное, уверен, что я никуда не денусь. И то верно: из туалета можно выбраться только через сливное отверстие унитаза.

И лишь когда я докуривал третью сигарету, до меня, наконец, дошло, что Анубис все-таки смотрит, но по направлению сектора, где расположен мой столик.

Ему что, Марья понравилась!? Не хватало еще, чтобы он решил завязать с нею знакомство и попытался затащить в свою постель. Убью гада! Тогда точно убью.

Плюнув с досады, я решительно покинул помещение туалета и снова поплыл обратно, изображая парусник, попавший в шторм.