Изменить размер шрифта - +
Переломал все в своем доме, подрался с половиной клуба. Он вел себя как чертов придурок, пока не свалил. Никто из нас не знал, куда он уехал.

Стоп. Я и понятия не имела, что он все это натворил. Он заявился в дом к бабуле с окровавленными костяшками, но я была так обеспокоена нашими отношениями, и, кажется, время для драк было совсем не подходящее.

— Тогда он приехал к нам и остался на месяц. А теперь он злится, потому что я не рассказала ему про историю с «Басти».

— Он это переживет, — сказал Декс, сжимая мое бедро.

— Со временем.

Он снова хмыкнул.

— Он бесится, но переживет это. Тебе только нужно перестать утаивать все дерьмо, которое с тобой происходит.

— Я знаю,— вздохнула я. — Я знаю. Я не буду. Больше ни от кого-то из вас.

Эти знающие пальцы, покрытые черными чернилами, переплелись с моими и он тихо рыкнул:

— Надеюсь, что нет.

Глава 32

 

Я разрывалась между желаниями придушить Лютера или обнять его.

Всего одна вещь удерживала меня от того, чтобы начать разыскивать туалет, это были печеньки из киноа, которые ждали меня на его кухонном островке. Я имею ввиду, это ведь печенье из киноа. Кто-нибудь когда-нибудь готовил подобное для меня? И я сомневаюсь, что в клубе были еще вегетарианцы, кроме меня никто не делал выручку старому Вонючке Питу, питаясь там черными бобовыми бургерами.

Так что за это пусть живут — и он, и его туалет.

Но вот за то, что он пригласил эту девчонку Бекки и других смазливых телочек, которые строят Дексу глазки, хотя свидания с ними никто не ищет, Лютера ждут пытки… в моем воображении.

Многократные.

Когда, черт возьми, я превратилась в такого человека? В девчонку, сжимающую зубы, потому что ревность будоражит меня мыслями о том, как бы вскрыть парочку чужих кровеносных артерий. Улыбка на моем лице стала натянутой, поддельной, ненатуральной.

Хуже всего было то, что мы провели в этом месте всего пятнадцать минут.

Почему я не настояла на том, чтобы остаться у Декса дома? Я же говорила ему, что не хочу идти. Совсем не обязательно, что я больше никогда не захочу видеть Лютера или кого-нибудь из Вдоводелов. Я просто не хочу их видеть в ближайшее время. Полнейшая хрень, что творилась у Декса в офисе, была просто оскорбительна. Последнее, что я хотела видеть от них, так это как они смотрят на меня, думая: «Бедная, Риз».

Ненавижу этот взгляд.

Декс просто заботливо посмотрел на меня и погладил линию моего носа.

— Ты сказала мне пойти и трахнуть самого себя перед членами клуба. Ты, которая обычно говорит «чертов» или «херов», детка, — он моргнул. — Мне кажется, ты даже назвала меня членолицым. Так что ли?

Уупс. Так и было.

Его палец коснулся кончика моего носа, когда он громко вздохнул.

— Поверь мне, дорогая, мне жаль, что я тогда наговорил тебе, но единственное, что запомнят все с того дня, так это как ты назвала меня, а не наоборот.

Я подумала, что в чем-то Декс прав. Он же не полезет из-за этого в драку?

После этого я смягчилась и согласилась сходить к Лютеру. Мысль о том, что там могли встретиться люди, которых Декс знал ближе, чем я, никогда бы не пришла мне в голову.

Исходя из количества тел в этом доме, о которых Декс сказал мне «были вместе», это утро должно было превратиться в целую вечность. У меня не было причин жаловаться. У меня не было никакого права судить его за всех этих женщин, с которыми он был… Я даже не могла закончить эту мысль без подкатывающей к горлу тошноты.

Я просто ревнивая сучка.

Я натолкнулась на миниатюрную блондинку, когда выходила из кухни с чертовыми печеньями из киноа и фруктовым салатом в руках. Девчонка посмотрела в моем направлении и одарила меня медленной понимающей улыбкой.

Быстрый переход