Декс ухмыльнулся, почти улыбнувшись. Его глаза опять стрельнули в моем направлении.

— Ты вегетарианка? —спросил он неожиданно.

От этого вопроса я посмотрела на него этим полным-ужаса-взглядом. Откуда, на хрен, он знает?

— Да, — я запнулась.— Откуда ты знаешь?

Он цокнул языком.

— Никогда не видел, чтобы ты ела мясо. Потом я увидел, как ты выглядела, когда мы принесли тебе тот хот-дог. Я думал, тебя вывернет.

Он заметил. Как насчет этого.

— Меня немного стошнило.

— Это, блять, довольно отвратительно, детка. — Самое смешное было то, что он рассмеялся, вместо того, чтобы скривиться.

— Извини,—я хмыкнула.

Хотя мне не было жаль. Это была правда. Тот хот-дог выглядел, как старая какашка.

— Не извиняйся, — зарычал он, бросая мне еще один взгляд. — Ты не ешь мяса, так не ешь мясо. В следующий раз просто скажи нам, чтобы я не видел, что ты выглядишь, как дерьмо.

Выгляжу, как дерьмо? Я повернулась посмотреть на него, и из меня вырвался ужасный смешок.

— Иисус, это было грубо.

— Ты знаешь, что я имел в виду.

Да уж, я поняла, о чем он. Он думал, что я выгляжу хуже, чем обычно.

Придурок.

— Да, да. Как скажешь.

Он ничего больше не сказал, но покачал в ответ головой.

— У меня есть глаза, Ритц. Ты нормальная. Ты уже должна бы знать, что я не подразумеваю и половины того дерьма, что вылетает из моего рта.

О, конечно. По крайней мере, полдюжины раз. Поэтому я должна была знать лучше и не принимать его словесное дерьмо близко к сердцу. Плюс, почему меня это должно волновать? Ведь не похоже, что мы с ним собирались стать лучшими друзьями. Правильно?

— Я знаю, — вздохнула я, возвращая свое внимание к виду за окном.

На протяжении долгого времени никто из нас больше не сказал ни слова. Я сидела там и думала, как сказать Дексу о том, что я увольняюсь. Вина захлестнула меня. Боже, я чувствовала себя идиоткой, не имея на то причины. Я ведь не какой-то особенный работник. Работа была довольно простой, он мог найти сотню других людей на мое место.

И все равно отстой.

Я чувствовала себя, как мой отец. Трусихой.

Трусом, который приехал в город к давно потерянному сыну просить денег.

И трусом, который исчез также быстро, как и объявился. Кстати сказать, я не общалась с Сонни после того, как он расстроился из-за этой ситуации. Декс мог знать больше, и он был более здравомыслящим собеседником, поскольку не был эмоционально привязан к этой ситуации.

— Эй, Декс?

Умник, который каким-то образом возник за последние три дня, ответил:

— Эй, Ритц.

Ох, Боже.

— Ты когда-нибудь видел отца Сонни, когда он был здесь? —спросила я его, как ни в чем не бывало.

— Нет, — смотря вперед, его рот дернулся

Нет? И это все, что я от него получу?

— Но я слышал об этом, — продолжил он, к счастью. Его глаза сверкнули в моем направлении.— А что?

— Просто интересно. — Очень интересно, но ему не обязательно об этом знать.

— Я знаю, что он просил денег в долг, — продолжил он нежным голосом, который заставил меня насторожиться.— И я знаю, что Лютер отказал ему.

— О, — запнулась я, возвращая свой взгляд к окну. — Хах.

Мне хотелось знать для чего ему деньги. Если подумать, мне и не хотелось, и хотелось знать, чем он занимался последние восемь лет. Почему он не потрудился приехать повидать Уилла и меня.

Вопрос сжал мой живот, как свинец, сжимая мое настроение вместе с ним. Пока я не вспомнила, через что мне пришлось пройти без отца.

Он мне не нужен.

Не нужен. Ни сегодня.