Нэйтан ждал, что Баб пожмет плечами, но тот вдруг задумался. Наконец он вздохнул.

– Кэм был слегка на взводе последнее время.

Нэйтан смотрел на него не мигая. Насколько же все было плохо, если даже Баб заметил?

– На взводе в каком смысле? – Спросил Ладлоу.

И на этот раз Баб действительно пожал плечами. Казалось, он несколько раздражен.

– Да не знаю. В обычном смысле.

Все ждали, но, очевидно, добавить ему было нечего.

Ладлоу перепроверил записи.

– Кэмерон жил на своей земле с кем-то еще?

Баб начал загибать пальцы:

– Я, мама, Ильза – его миссис – и их две дочки, дядя Гарри…

– Гарри Бледсоу, – уточнил Нэйтан. – Он на самом деле нам не дядя, он друг семьи. Работает на этой земле с тех пор, когда нас еще на свете не было.

– То есть, по сути, работник? – спросил Ладлоу.

– Ну, по сути, да, но никто его так не воспринимает, – сказал Нэйтан.

Баб кивнул.

– Еще у нас сейчас работает парочка заезжих.

– Чем занимаются? – спросил сержант.

– Ну, как обычно. Физический труд. Работа по дому. Кэм нанял их несколько месяцев назад.

– И часто он брал людей на работу?

– Когда была нужда, – сказал Нэйтан. – Есть более-менее постоянный приток и отток контрактников и рабочих в течение года, в зависимости от того, что сейчас происходит. Глен – сержант Маккенна – все это знает.

Ладлоу молча записал в свой блокнот еще что-то.

Стив встал и отряхнул колени.

– Ну ладно, можно переносить его в машину. Мы с сержантом справимся, если, конечно, кто-то из вас не настаивает на своем участии.

Нэйтан и Баб потрясли головами. Нэйтан был рад устраниться. Он подозревал, что всю жизнь будет потом вспоминать вес брезентового свертка.

Стив снова нагнулся к телу.

– Я сейчас сниму брезент, отвернитесь, если вам, например, хочется полюбоваться местными красотами.

Нэйтан хотел было что-то сказать Ксандеру, но парень уже и сам отвернулся. Нэйтан снова подумал о городской изнеженности, но был рад. Баб вперился в линию горизонта.

Нэйтан замешкался, и решение приняли за него. Брезент соскользнул, когда оседающее тело Кэмерона клали на носилки. Баб был прав. Ран не было, по крайней мере, видимых, но от жары и жажды с человеком происходят чудовищные метаморфозы. Он пытался содрать с себя одежду, когда разум его окончательно покинул, и вся кожа разошлась трещинами. Что бы ни творилось в голове Кэмерона при жизни, в смерти мира он не обрел.

Носилки все еще стояли у Нэйтана перед глазами, хотя их уже давно погрузили в машину. Сержант Ладлоу обернулся к могиле, бессознательно вытирая руки о бока штанов. На мгновение он застыл, потом сделал шаг к ней, изучая место, на котором только что лежал Кэмерон. Обнажившаяся теперь земля была песчаной, с редкими пучками травы. Сержант наклонился, присматриваясь.

– А это что?

Нэйтан чувствовал, что Баб и Ксандер следуют за ним. Все уставились туда, куда указывал сержант Ладлоу.

У основания надгробия, там, где недавно земля была придавлена спиной Кэмерона, виднелось небольшое углубление.

Глава 4

Ладлоу сделал целую серию снимков. Нэйтан видел, как сержант сунул туда палец в перчатке. В ту же секунду одна сторона углубления стала исчезать в наползающей мягкой земле. Земля вела себя здесь как живое существо, и Нэйтан знал, что через день-два от углубления не останется и следа.