Все причины, которые ранее наполняли мой разум, в один миг испарились, разлетаясь в пыль. Я прекрасно понимаю, что буквально десять минут назад гребаная логика была еще со мной, но сейчас от нее не осталось и следа.

— Ну… ээ… потому что мы... несовместимы. Точно, несовместимы.

Она удивляет меня, когда начинает громко смеяться, искреннее ошеломление отражается на ее лице.

— О, мы очень даже совместимы. Твои части тела определенно идеально взаимодействовали с моими. Хммм, это происходило всего пару секунд назад.

Проклятье, а это было горячо!

Только что она сказала, что это был не случайный поцелуй. Она намекала на то, что так же, как и я, фантазировала об этом и до боли хотела тех оргазмов, которые уже буквально мерещатся мне на каждом шагу, настолько я стал одержим этой девушкой. Я практически кидаюсь к ней, но в следующую минуту меня настигает прозрение.

Я качаю головой.

— Я не спорю, что наши части тел абсолютно совместимы, Эм. Но это большее, что может случиться между нами. Это будет просто секс без обязательств, на большее я не способен. Я не тот человек, который нужен тебе.

Я наивно предполагаю, что эти слова причинят ей боль, так как они были сказаны с умыслом ранить как можно сильнее... надеюсь, они приведут её в ярость, заставят думать, что Никсон Кэлдвелл — самый большой мудак, что существует на земле. Я так надеюсь, что мои слова заставят ее в слезах убежать из моего дома и больше не возвращаться.

Вместо этого она говорит:

— И что?

Черт, проклятье. Я слегка возмущен ее поведением, что она не настолько умна, как может казаться.

— Что значит «И что»? Ты поняла, что я сказал?

Она смотрит на меня так, будто я полный кретин.

— Дааа, — протягивает она. — Ты только что сказал, что это будет не больше, чем интрижка, секс на одну ночь

Да, это именно то, что я имею в виду. Но почему это звучит не так плохо, когда она произносит это. И это говорит мне милашка Эмили Бёрнэм. Которая носит желтый сарафан и спит с собакой, чьи лапы лежат у нее на лице.

Не покупайся на ее слова, Никсон.

— Да ладно тебе, Эмили. Ты не тот человек, который любит секс на одну ночь.

Она сверкает в меня искрометным взглядом.

— А что именно заставило тебя думать, что я не такая? Я спокойно отношусь к такому виду отношений. Если захочу, я могу себе позволить сколько угодно интрижек на одну ночь. И они не обязательно могут быть с тобой, просто в данный момент я хочу тебя.

Проклятье. Что, черт возьми, происходит, когда мир успел слететь с катушек, если Эмили смеет говорить мне такое. Ее слова о том, что она может трахаться, с кем пожелает и не только со мной, приводят меня в ярость. Но я не собираюсь отступать. Я настроен решительно, чтобы показать ей, насколько глупы ее слова.

— Давай посмотрим правде в лицо. Ты — это цветы и романтика. Я — развратный и грязный. Чувствуешь разницу, или у тебя все еще не прошло помутнение рассудка от поцелуя?

Ее яростный взгляд сменяется по-настоящему ядерной катастрофой, что грозится развернуться с каждой следующей секундой, отчего мое сердце пропускает удары, чувствуя наступающую угрозу. Она наклоняется и поднимает с пола кисточку, делая решительный шаг в мою сторону. Эмили ударяет ею по моей груди, слегка задевая шею и оставляя там влажное пятно краски. Мои руки автоматически хватаются за кисть, и она выпускает ее из рук.

— Ты ни черта не знаешь обо мне, Кэлдвелл. На сегодня с меня хватит. Разберись со своим дерьмом и встретимся в понедельник.

Она обходит меня и направляется к выходу. Но прежде чем покинуть комнату, разворачивается и смотрит на меня задумчивым, спокойным взглядом.

— Ты знаешь, Никс, пару лет назад я приняла решение изменить свою жизнь и попробовать как можно больше вещей, которые ранее были под запретом.