Когда дверь кабинета плотно закрылась, Саша почесал кончик носа и негромко прокомментировал:

— Нет, втык парню дали совершенно правильно. С другой стороны и вины особой нет. Себя вспомни в его годы, и как мы с тобой в общагу к девчонкам на четвёртый этаж лазили.

Леонид тяжко вздохнул.

— И что же мне с ним делать? Любовницу ему, что ли, постоянную завести? Только кого? Что так хитро улыбаешься? Зная тебя, Сашок, есть идея?

Друг наклонился, достал из ящика стола список гимнасток и ткнул ногтем в одну из фамилий.

— Помнишь, случай два года назад? Когда психологи с мотивацией переборщили, и из-за проигранных соревнований три девчонки таблетками потравились?

Леонид кивнул: помнит. Тогда пришлось менять руководителя, и вместо профессионального тренера-спортсмена назначать врача-психолога Виктора Евгеньевича.

— Так вот, — продолжил Саша. — Зовут Юля. Про неё вчера Виктор Евгеньевич говорил: «отменные физические данные, но индивидуалистка, и характер стал несгибаемый». После того случая в команде работать не способна, поэтому наш главный спец рекомендовал её списать или переводить на индивидуальные тренировки. Возраст самое то, семнадцать.

— А это мысль. Заодно, раз, говоришь, с характером… Будет парню чем заняться. Согласен.

Утром сразу после завтрака Тимофей отправился к себе. Смотреть на довольные морды охранников и горничных, слушать шепотки за спиной и вспоминать, что вчерашние развлечения для него теперь под запретом, было для парня выше его сил. И тем удивительнее было, что в гостиной выделенного наследнику крыла сидел дядя Саша. Увидев, кто зашёл, он махнул рукой.

— Дверь закрой и садись. Дело есть.

Тимофей осторожно кивнул и сел на самый краешек кресла напротив.

— Знаешь, что твой батя решил? Будет у тебя постоянная девушка, в том числе и для этого самого.

Заметив, как взгляд у парня сначала заметался — Тимофей был не в силах поверить своему счастью, а потом глаза загорелись восторгом — мужчина хмыкнул ехидным смешком.

— Ну-ну. Хочешь, я поиграю в ясновидца? Нет силы терпеть. Едва заведёшь в комнату, без поцелуев, без предварительных ласк кинешь на кровать, порвёшь платье и… В общем, получится грубо, ей больно, с криками и слезами. Потом привыкнет, и получишь ты куклу. Слышал, японцы такие делают из резины? Вся разница, что куклу переворачивать надо, а этот кусок мяса по приказу сам перевернётся. Тебе оно надо?

Тимофей растерянно посмотрел на дядю Сашу. Но если не тащить девушку в постель, для чего она ему нужна? Мужчина опять хмыкнул.

— Думай, причём головой, а не тем, что у тебя в штанах. Девочку зовут Юля, она из бывших гимнасток. Ничего кроме спортзала, считай, в жизни не видела. Сумеешь её очаровать, нежно подвести дело к интиму, чтобы она сама захотела — получишь именно девушку, а не куклу.

Мужчина встал и скрылся в коридоре, но сразу уходить не стал. Посмотрел в щёлочку неплотно прикрытой двери. Сейчас в гостиной сидел не привыкший к вседозволенности на деньги отца золотой мальчик — с таким настроением Тимофей ехал в поместье. Совсем другой человек. Лицо застыло, взгляд замер, на уровне подсознания тянет каким-то неживым холодом, словно в кресле расположился не человек, а человекоподобная машина. Саша довольно кивнул. Вот за это он восхищался и уважал лучшего друга, а потом и его сына. За умение в критической ситуации отбрасывать всё постороннее, превращать голову в компьютер. Всё подчинить поиску решения задачи: с какой стороны взять силой, а с какой — хитростью.

Тимофей в это время рассуждал и планировал.