По крайней мере ему удалось выполнить обещание, данное деду.

– Ты волнуешься, дорогая? Почему?

Александра отодвинула ярды ткани, которые пошли на юбку ее подвенечного платья, аккуратно разложив их на сиденье лимузина.

– На приеме будет так много народу.

– Ты демонстрировала коллекции купальных костюмов перед толпами зрителей.

Правильно. Но среди них не было ни брата Димитрия, ни тем более его бывшей невесты.

– У Спироса не создалось мнения, что я легкомысленная женщина?

– Почему ты вдруг об этом подумала?

– Просто я уверена, что вину за унижение и весь позор, вылившийся на голову Фебы, он возлагает на меня.

Димитрий обнял ее, захватывая руками и бесчисленные ярды белого атласа, неотделимые от его невесты. Он нежно взял ее за подбородок и повернул лицом к себе, чтобы взглянуть в ее глаза.

– Мой брат никого не винит. Он знает, что ты даже не подозревала о существовании Фебы. Ему известен корень зла. Я навлек на себя неприятности сам и причинил страдания окружающим.

– Но он твой брат. Тебя-то он простит. – Сколько раз она прощала матери? – А вот меня вряд ли.

Димитрий от души рассмеялся.

– Спирос и дед знают, что виноват только я. Не волнуйся, пожалуйста. Спирос счастлив в браке и с нетерпением ждет появления на свет племянника.

Александра еще долго продолжала бы свои горестные стенания, если бы лимузин не затормозил и не въехал плавно на стоянку, а секундами позже не открылась бы дверца. Димитрий взял ее на руки и вынес из машины.

Александра яростно запротестовала:

– На руках ты должен перенести меня через порог нашего дома, а не вносить на торжественный прием!

Димитрий рассмеялся, и это был заразительный, искренний смех, который она в последний раз слышала еще в Париже до их расставания.

– Я в состоянии сделать и то, и другое.

Ей не хотелось огорчать его, улыбка красила его лицо. Она не стала возражать, и он нес ее на руках до парадного входа в гостиницу, а затем до огромного зала, отведенного для торжественного приема в честь новобрачных. Громкими возгласами встретили гости виновников торжества. И в течение последующего часа молодые принимали поздравления от собравшихся.

Александра села в огромное кресло и улыбнулась сестре, усаживавшейся рядом с ней.

– Привет, Мэдди! Ну не сказка ли все это? – Она обвела рукой огромное пространство, где танцевали, веселились, беседовали элегантно одетые гости.

Мэделейн улыбнулась.

– Конечно! Кареты, запряженные лошадьми, выглядели просто потрясающе. А внутреннее убранство церкви было таким изысканным!

– Димитрий сделал все от него зависящее, чтобы этот день стал особенным. Всю неделю он только и спрашивал меня, не упустил ли какую-нибудь деталь, стараясь чтобы мои фантастические представления о собственной свадьбе стали реальностью.

– Им суждено было исполниться! – послышался голос Димитрия. Он подошел сзади и опустил руку на плечо Александры. – В брак вступают один раз в жизни. И свадьба должна стать воплощением мечты.

Она повернула голову, чтобы улыбнуться ему в ответ:

– Она стала именно такой.

Димитрий наклонился и нежно поцеловал Александру в губы.

– Я очень рад, любимая. Это было моим заветным желанием.

– Снова строите глазки друг другу? – Подошедший к ним мужчина, которого можно было принять за близнеца Димитрия, если бы не темно-карие глаза и юный вид, по-приятельски похлопал ее мужа по спине.