Она кивнула, опустив голову, не могла смотреть ему в глаза.

— Когда ты не вышла, я боялся, что ты… а потом подумал, что ты могла выйти чуть дальше. Ты точно в порядке?

— Я в порядке, — прошептала она. — Было сложно, но я… справилась.

— Это… — она ощутила его взгляд. — Это сработало?

Она снова кивнула.

Он молчал мгновение. А потом коснулся пальцами ее челюсти. Она попыталась отодвинуться, но его рука не отставала, он заставил ее поднять голову. Пайпер не могла смотреть ему в глаза, терпеть осуждение в них. Другой рукой он убрал челку с ее лба.

Она зажмурилась, унижение душило ее.

— Поверить не могу, — выдохнул он. — Как это возможно? Ты отчасти рюдзин.

Он скользнул пальцами в ее волосы, раздвигая, чтобы увидеть щупальца.

— Поверить не могу, — повторил он.

Она нахмурилась. Она не слышала отвращения. Его голос был… потрясенным? Она невольно открыла глаза.

Эш ошеломленно смотрел на нее.

— Пайпер, это… должно быть невозможно. Рюдзины не покидают Надземный мир. Как твой предок может быть рюдзином? Это… поразительно. Но это многое объясняет в твоей вчерашней встрече, — он провел большим пальцем по чешуйке на ее лбу. — У тебя кровь одной из самых редких и сильных каст Надземного мира. Тебе несказанно повезло.

— Повезло? — прохрипела она, гнев пробился через стыд. — Повезло?

Он моргнул.

— Мне не повезло! — слезы заполнили ее глаза. — Я отвратительна.

Он снова моргнул.

— Что? Нет, ты…

— Не ври мне! — она отвернулась. — Я — уродина. У меня чертовы щупальца.

Он схватил ее за руки и резко встал, поднял ее на ноги. Она удерживала покрывало изо всех сил, отвернув голову.

— Ты не уродина, — прорычал Эш.

Она посмотрела на него, удивившись его внезапному гневу.

— Ты красивая.

— Нет, я…

— Думаешь, я гадкий? — осведомился он, указав на свое тело в мороке.

— Нет! — его деймонический облик был пугающим и необычным, но не уродливым. Его темная чешуя была красивой, как и то, как она облегала изгибы его тела и мышц. Грация его крыльев. То, как он двигался.

— Знаешь, сколько раз меня звали монстром? — спросил Эш.

— Но я… ты… ты не видел…

— Так покажи.

Она покачала головой и отпрянула.

— Пайпер, — раздраженно сказал он, схватил за край одеяла и с силой дернул.

Она взвизгнула, прижала другой конец к груди, пытаясь удержать. Она переживала, что он увидит ее страшной, а не из-за того, что увидит голой. Он не пытался сорвать все покрывало, а отодвинул край, и все одеяло теперь висело перед ней.

И она знала, что он видит все — чешую на плечах, локтях, бедрах, коленях. Даже на ступнях. И ужасные щупальца, свисающие с ее поясницы и бедер, самые длинные ниспадали ниже колен. Они ничего не делали, просто висели, хоть и не обмякшие. Но они не были подвижными, как хвост.

Эш разглядывал ее, уперев руки в бока. Пайпер прижимала покрывало к груди, другой рукой — к животу.

— У тебя нет щупалец, — сказал он.

Она опустила взгляд, проверяя, не скрывает ли их покрывало, но они были на виду.

— Ты слепой?

Он шагнул ближе.

— Ты видишь присоски? Ты можешь ими шевелить, как маленькими руками? Это не щупальца.