– А, это мне знакомо. Майкл Демпси и его школа воспитания. Я все же скажу Саймону.

– Думаешь, он тебя поблагодарит? – вспылила Тильда.

– Я не…

– Воображаешь, что он скажет: «Спасибо, приятель, за то, что испортил лучший секс в моей жизни»?

– Это не…

– Да пойми же, ты хочешь сказать ему, потому что считаешь это правильным. Но он-то вовсе не жаждет это услышать!

– Значит, в твоих глазах я эгоистичный ублюдок, потому что хочу поступить правильно? – нахмурился Дэви.

– Ну да, – кивнула Тильда.

– А я уверен, что это не так! – Дэви вскочил. – И позволь объяснить почему.

– Только не сейчас. А пока держи рот на замке, – отрезала Тильда. – Вы, честные люди, способны сделать жизнь простых смертных невыносимой.

В понедельник утром Гвен, смирившись наконец с тем, что галерею отремонтируют независимо от того, хочет она этого или нет, подвинула стремянку к стене и взобралась на самый верх, исполненная решимости парой ударов водворить на место чертову балку. К несчастью, потолки были высотой в добрую милю. Тони когда-то объяснял ей, что это необходимо для того, чтобы произведения искусства могли дышать. В таком случае неплохо бы проклятым произведениям искусства самим приколачивать балки!

Опасно балансируя на верхней ступеньке стремянки, Гвен подняла молоток за самый конец ручки, прицелилась, но пошатнулась, уронила молоток и едва не свалилась, однако в последний момент успела уцепиться за поручень и перенести вес влево, чтобы не опрокинуть стремянку. Немного придя в себя, она вдруг сообразила, что не слышала удара молотка об пол, и осторожно взглянула вниз.

Там с молотком в руке и выражением лица, лучше всяких слов говорившим «эта-женщина-идиотка», стоял Форд.

– Я хотела сделать это самостоятельно, понимаете? – объяснила Гвен, не желая ни жалости, ни снисхождения.

– Почему? – спокойно осведомился Форд.

– Потому что я сто лет пялилась на нее, а она издевалась надо мной. Я должна была в конце концов поставить ее па место!

– Так сказали бы мне, и я бы все сделал.

– Это не одно и то же.

– Ну так решайте – соглашаетесь на мое предложение или нет?

– Не соглашаюсь. Отдайте мне этот чертов молоток! – потребовала Гвен.

– Нет.

– Это мой молоток.

– Был ваш.

– Игривость не в вашем стиле! – рявкнула Гвен. – Отдайте молоток!

– Какая уж тут игривость! Я предотвращаю катастрофу и даже возможную смерть. Вы едва не убили меня этой штукой. Убирайте-ка свой зад с этой стремянки!

– А вы вообще не должны были тут находиться, – огрызнулась Гвен. – Кстати, почему вы тут стояли?

– Уж очень вы шумели, – пояснил Форд. – Вот мне и показалось, что вам нужна помощь.

– Не нужна мне ничья помощь. Форд вздохнул:

– Слезайте оттуда, Гвен. Дайте мне взглянуть на потолок и понять, в чем там дело.

– Там нужно приколотить, – объяснила Гвен и вдруг вспомнила, чем он зарабатывает на жизнь.

– Слезайте, – повторил Форд.

Гвен, уже не в состоянии взять назад роковое слово «приколотить», стала молча спускаться.

Форд взобрался на стремянку. Ничего не скажешь, с его ростом можно вполне дотянуться до потолка!

– А гвоздь? Старый упал и затерялся. Так что приколотить мне нечем.

– Приятно слышать, – вырвалось у Гвен.