|
Пятьдесят тысяч долларов вытащили из сейфа, находившегося в комнате-библиотеке. По мнению полиции, вор не рискнул унести добычу с собой, а спрятал ее где-то в доме или вблизи него с тем, чтобы вернуться за ней позже. Для такого мнения были весомые основания. Дело в том, что войти в дом сэра Камерона мог любой желающий, а вот выйти с территории без обыска – нет. Была охрана, и она подвергала досмотру всех, включая прислугу.
– Сэр Камерон любил принимать гостей, – пояснил шеф Браун. – Тем не менее он опасался, что кто-нибудь польстится на экспонаты из его знаменитой арктической коллекции. А, вот и его имение… Энциклопедия увидел впереди большой кирпичный дом с обширными лужайками за высокой стальной оградой. Через ворота тек поток посетителей. – Он скончался наутро после кражи, – сказал шеф Браун. – Все его имущество – дом, мебель, да и коллекция – сегодня продаются с аукциона. – И что, – осведомился Энциклопедия, – шеф Уокер думает, что вор попытается в сутолоке вынести украденные деньги? – Вот именно, а на то, чтоб установить наблюдение за каждым входящим и выходящим, сегодня не хватит полисменов во всем штате. – Отец поставил машину на стоянку. Появился крупный мужчина, помахал им рукой. – Вот и шеф Уокер. Я пока побуду с ним. Торги начинаются в десять. Давай встретимся с тобой у входа за десять минут до начала. Энциклопедия бросил взгляд на часы – ровно девять. На то, чтоб отыскать пятьдесят тысяч долларов, остается пятьдесят минут! Он мысленно поставил себя на место вора. Войти в дом было просто, но выйти без досмотра нечего и мечтать. Значит, вор проник в библиотеку, взломал сейф, а потом припрятал деньги – но где? Закапывать их на участке слишком долго, да и кто-нибудь неизбежно застукал бы его за таким занятием. А дальше еще предстояло бы доставать деньги из тайника – тоже дело рискованное. Нет, решил Энциклопедия, спрятать их нужно было в доме, где-то, куда никто не догадается заглянуть… Он переходил из комнаты в комнату. Будущие покупатели придирчиво осматривали мебель, выдвигали ящики, раскрывали створки шкафов и буфетов. Жены спорили с мужьями о ценах, какие можно предложить за тот или иной стол или стул. Все было обыденно – никто не вскрикивал и не падал в обморок, неожиданно обнаружив в укромном уголке крупную сумму денег. Энциклопедия подобрался к пианино, быстро приподнял крышку. Увы, внутри не было ничего, кроме струн. В половине десятого, продолжая обыск, он очутился в длинном зале, где сэр Камерон устроил свой личный музей. Чтобы ни у кого не оставалось на сей счет никаких сомнений, над дверью красовалась вывеска: Эти экспонаты собраны сэром Камероном Уайтхедом за 50 лет путешествий по Крайнему Северу В центре зала стоял на задних лапах белый медведь в полный рост. Вокруг него кольцом выстроились восемь маленьких пингвинят. Еще ряд чучел расположился вдоль стены: росомаха, песец, олень карибу, морж, другие северные зверюшки помельче. Противоположная стена была увешана предметами эскимосского быта, их одеждой, оружием, инструментами. Были здесь даже сани из плавника с полозьями, к концам которых приделаны бивни мамонта. Две другие стены музея были сплошь покрыты фотографиями, по большей части портретами сэра Камерона в полярной амуниции на фоне ледовых гор и снежных полей. Без десяти десять Энциклопедия встретился, как и было условлено, с отцом. Шеф Браун произнес хмуро: – Боюсь, дело безнадежное. Полиция Гленн-сити обшарила каждый дюйм и в доме и на участке. По-видимому, вор каким-то образом ухитрился проскользнуть мимо охраны необысканным. – Нет, папа, – заявил Энциклопедия, – деньги по-прежнему здесь. |
