Глава 8

Я тут же отвесила себе мысленный подзатыльник. С какой стати я позволяю прорваться своему недовольству наружу? Да, мы работаем с Владимиром бок о бок уже почти шесть лет, и я та, с кем он советуется чаще всего, и до этого дня мне казалось, что между нами если не дружеские, то чуть больше чем прекрасные профессиональные взаимоотношения. Но, очевидно, я слегка попутала и забылась, что он директор и основной учредитель, и мой работодатель, а я всего лишь наемный работник.

— Присядь. Кофе будешь? — Владимир проигнорировал мою колкость, и я заставила себя опуститься на стул в дальнем от него конце стола. — Я не идиот и понимаю, что задолжал тебе объяснения.

Дорогая кофе машина стояла непосредственно в кабинете Владимира, это была его блажь. Он почему-то всегда сам предпочитал варить всем кофе, пусть даже для этого и нужно было всего лишь нажать пару кнопок на блестящем нержавейкой корпусе.

— Ань, я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — сказал он, ставя передо мной чашку ароматного напитка.

— И о чем же? — я смотрела на еще не остановившееся вращение темной жидкости.

— Что я козел и поступил несправедливо по отношению к тебе.

— Нет, так я не думаю. Ты владелец нашей конторы, и тебе решать, кого назначать на руководящие должности, как, впрочем, и расхлебывать последствия этих назначений, — как я ни старалась, но мой голос прозвучал с изрядной долей стервозной обиды. Стыдно, Ань!

— Я совладелец, — с нажимом поправил меня Владимир. — И, между прочим, сегодняшнее смехотворное назначение Светочки прямое следствие твоей недальновидности.

— Что? О чем ты вообще?

— О том, что когда на корпоративе к тебе подкатывает совладелец фирмы, в которой ты работаешь, нужно не носом крутить, а соглашаться на все, что предлагают! — раздраженно взмахнул рукой Владимир, задевая костяшками мою чашку, отчего часть кофе оказалось на блюдце, расползаясь некрасивой лужицей. — Черт!

— Вова, ты о чем вообще? Владиславу Андреевичу уже под пятьдесят! — нахмурилась я, вспомнив пьяные приставашки совладельца фирмы, который, собственно, появлялся только на корпоративах и при подписании договоров.

— И что? — хмуро уставился Владимир.

— В принципе, может, и ничего, но он, между прочим, женат! — привела я аргумент, являвшийся для меня в принципе железобетонным.

Для меня, но очевидно не для моего директора.

— И? — мужчина наморщил лоб еще больше, уставившись на меня, как на действительно тормозящее создание. — Он тебя не замуж звал, а предлагал приятное совместное времяпрепровождение! В чем, на хрен, проблема?

— Прости, но я в такие игры не играю! — я сжала челюсти. Вот не знаю почему, сама не профи в создании отношений, хоть и лет мне, вроде, немало, и повидала всего, но факт супружеской измены вызывал у меня не просто отторжение и гнев… Это воспринималось как абсолютно неестественная вещь в мире, самое отвратительное из возможных проявлений человеческой натуры. Каждый раз, сталкиваясь с этим, я словно испытывала острую аллергическую реакцию, и побороть ее, судя по всему, мне уже не судьба.

— Ну и дура! А другие вот ничего, играют, не брезгуют ни возрастом, ни семейным положением! И поэтому эта пустоголовая курица Светочка теперь твой начальник, а ты будешь пахать и за нее, и за себя, и за этих ее стервозин подружек! Довольна? — Владимир горячился все больше. Явно его такое положение вещей тоже изрядно бесило. — И я тоже буду вынужден терпеть на совещаниях вяканье идиотки, все таланты которой только в том и состоят, что она сосет по первому требованию и белья не носит, вместо того чтобы общаться с тобой в нормальном деловом режиме.