Усопший открыл глаза.

— Привет! — от агрессивности Ромки не осталось и следа. — Есть чего-нибудь пожевать, Жень?

— Тьфу, чтоб ты сдох, обжора! Омлет будешь?

— Не-ет! — интенсивно замотал головой Ромашка. — Надоело! Ты посмотри, чего я принес.

И боевой товарищ, легко поднявшись и подхватив сумки, дошел, наконец, до кухни. Покупки не радовали разнообразием: крабовое мясо, крабовые же палочки, пицца, естественно, огромное количество яиц, шоколадное мороженое, яблоки, ананасовый сок и фасованный сыр. Другой пакет тем более не представлял никакого интереса для исследователя — мужские примочки меня мало интересовали.

— Жень, ты чем-то недовольна? — подобострастно спросил Роман. <style name="FontStyle43">— Я что-то не то купил?

Я подозрительно покосилась на него: притворяется или правда ничего не помнит? Чистый взгляд соседа говорил яснее слов: кто прошлое помянет — тому глаз вон. А Ромашка, видать, свои глазки берег. Спокойствие снизошло на меня, как благодать.

— Порядок. На пару часов хватит, — успокоила я несчастного.

«Мужчину сначала нужно накормить, напоить, а потом расспрашивать», — следуя мудрому совету Бабы-яги, я засуетилась у плиты, сооружая очередную порцию питания для ненасытного друга.

— Одно беспокойство от вас, — вываливая порцию «Вискаса» коту, ворчала я, — мне так много нужно сказать, а этот... (слова почему-то пропали) только и думает о своем желудке.

Ромка сидел на стуле и блаженно щурился. На его лице было разлито такое удовлетворение, что я невольно позавидовала.

— Бери больничный с сегодняшнего дня, — сурово опустила с небес на землю мечтателя.

— Зачем это? Я и так завтра в отгулы ухожу.

— Дел много накопилось, мне одной не справиться.

— Какие дела, Жень? Ты бы притормозила чуток, а то разошлась, понимаешь. Говорят, ты уже в органах служишь? Уж не в ФСБ ли случаем? — хитро прищурился Ромка.

Так, понятно! Значит, все помнит, прохиндей, только притворялся, что у него приключилась внезапная амнезия. А откуда он про ФСБ знает? Дедукция, наверное. Вот что значит мент, хоть и гибэдэдэшник!

— Да это так, — смутилась я, — фантазирую малость...

— Угу, фантазируешь, знамо дело. А ты в курсе, что из-за твоих фантазий нам <style name="FontStyle46">переселяться надо, а? — никакой злости в голосе Алексеева мое чуткое ухо не уловило.

— Почему это, интересно? Мне здесь нравится, да и тихо тут, думать можно в спокойной обстановке. А куда переселяться-то, Ром? Ко мне нельзя, к тебе тоже...

— Не вопрос. Деньги есть, можно квартиру снять. Ты лучше скажи, дорогая, что это за крендель, Кузькин твой? Что вообще здесь произошло, пока я за харчами гонял?

Пришлось рассказать боевому товарищу и про звонок, и про Кузькина, и про то, что загадочный Никита оказался мэром нашего города.

— Точно! — звонко хлопнул себя по лбу сосед. — И как я раньше не догадался! Значит, наш Кит сегодня встречается с Муллой.

— Ром, у меня есть план, — промямлила я.

— Что-о?! Какой такой план?! Дома будешь сидеть, ищейка!

— Так я и хотела дома... Ты вот не дослушаешь, а сразу ругаться начинаешь. Нехорошо! — пристыдила я Ромашку.

— Выкладывай, что за план.

И я выложила. Минут пять Ромка молчал, переваривая услышанное, затем лицо его просветлело, он поднял на меня фиолетовый глаз и произнес:

— В общем и целом одобряю, хотя это авантюра чистой воды. Ладно. Иди готовься, да Мишке не забудь позвонить, а я перекушу малость, — Роман стал сооружать салат из крабовых палочек.

Вскоре все было готово.