Потом в контору зашел Джимми, чтобы взять из общей кучи несколько банкнот для наших наемных охранников. Отдав им деньги, он отправил обоих восвояси, и мы остались на складе одни – только Джимми и я. Отложив в сторону деньги, которые мы собирались забрать себе, мы быстро пересчитали их. Получилось что-то около трех тысяч фунтов. Уложив их в мягкую матерчатую сумку, Джимми достал из кармана фляжку, сделал глоток и протянул мне.

– Наши деньги поделим потом, – сказал он, когда я тоже отпил из фляги.

Дэнни приехал за выручкой со старым, ободранным чемоданом. Поставив Джимми караулить у двери, мы стали считать оставшиеся деньги. Дэнни действовал весьма методично и аккуратно. Начал он с того, что сравнил доставочные квитанции со списком того, что было продано за сегодня. Роясь в грудах наличных, Дэнни чувствовал себя в своей стихии; он без труда складывал и вычитал в уме значительные суммы и был способен удержать в памяти длинные колонки цифр. Вот он понял, что денег меньше, чем следует, и на его высоком розовом лбу появилась озабоченная складка. Цифры никак не сходились, и Дэнни начал пересчет с самого начала. С каждой минутой убеждаясь в том, что дело неладно, он почти бессознательно крутил круглой головой и хмурился.

– Это все деньги? – спросил он наконец, буквально принюхиваясь к кучам банкнот на полу.

– Да, разумеется, – ответил я, изо всех сил стараясь не дрожать от страха, который с каждой минутой охватывал меня все сильнее.

– Тогда давай считать снова, – сказал Дэнни, снова опускаясь на четвереньки.

Я украдкой бросил взгляд на Джимми, который старательно изображал безразличие. В этот момент Дэнни как будто что-то почувствовал и тоже поднял голову. Его маленькие, пытливые глазки впились в меня словно буравчики. Потом он встал.

– Послушай, – сказал Дэнни, – здесь, наверное, какая-то ошибка. Ты уверен, что ничего не забыл?

И он небрежно повел плечами.

Я молчал.

– Еще не поздно, – добавил Дэнни примирительным тоном. – Я понимаю, суета, спешка… Возможно, ты куда-то положил часть денег, да и забыл. Найди их, и мы больше не будем об этом вспоминать.

Все еще улыбаясь, он шагнул ко мне. Я попятился и вдруг увидел, как Джимми заходит ему за спину. Мне хотелось что-то сказать, возразить, но в горле у меня вдруг пересохло, а язык не желал повиноваться. Казалось, я участвую в какой-то страшной пантомиме. «Сзади!» – хотелось крикнуть мне, но я мог только беспомощно шевелить губами да смотреть, как Джимми достает из кармана короткую кожаную дубинку, наполненную для тяжести мелкой дробью.

– Не бойся, – сказал Дэнни. – Я все улажу…

Я пробормотал что-то неудобовразумительное, и в ту же секунду Джимми ударил Дэнни дубинкой по голове, таким образом заставив его забыть о всех проблемах.

Дальнейшие события разворачивались передо мной, как в замедленной съемке. Глаза Дэнни закатились под лоб, сверкнули влажные белки. Обреченным жестом Дэнни пожал плечами и рухнул ничком на пачки банкнот, которые снова разлетелись по всему полу.

Джимми хлопнул дубинкой по раскрытой ладони и посмотрел на лежащего Дэнни.

– Черт! – сказал он задумчиво. – Черт, черт, черт…

Я встал на колени, чтобы пощупать пульс Дэнни и вытащить из-под его тела, оказавшегося, несмотря на деликатное сложение, довольно тяжелым, несколько денежных пачек. Я боялся, что Джимми мог убить Дэнни, но маленький бухгалтер оказался живучим. Или ему просто повезло. Он, правда, был без сознания, но, когда я тронул его, он пошевелился и прохрипел что-то на незнакомом языке, возможно – на идише.