— В каком смысле?

— Ты мне нужен, — она внимательно разглядывала серый ковер на полу. — Я не хотела бы этого признавать, но другого выхода у меня нет. Я — последняя из Готаров. И мне очень важно остаться в живых. Ты знаешь, что произошло в Бейруте?

— В общих чертах.

— Паулю перерезали глотку.

— В это трудно поверить.

Она кивнула.

— Ты прав. Он был мастером своего дела.

— Я бы сказал, одним из лучших.

— То есть он хорошо знал убийцу. И полностью доверял ему.

— Если он вообще кому-то доверял.

— То же самое произошло и с Уолтером. А он был не из последних.

— Каким ветром вашего брата занесло в мою квартиру? — спросил я.

Ванда дважды качнула головой.

— Не знаю. Я предполагала, что он с ними.

— О ком ты? — спросил Падильо.

— Кассиме и Скейлзе. Ты о таком не слышал?

— Нет.

— А он тебя знает. И нанял нас с условием, что мы уговорим тебя присоединиться к нам.

— Все равно понятия не имею, кто он такой.

— Эмери Скейлз. Был наставником Кассима до того, как тот ушел в монастырь.

— Англичанин?

— Да.

— А кто он теперь?

— Советник Кассима.

— И появился, как только брат Кассима попал в автокатастрофу?

— Как я поняла, Кассим сразу же вызвал его.

— И Скейлз связался с вами.

— Да.

— А что он поделывал в последнее время? Где его нашел Кассим? В Ллакуа или в Англии?

— Он вернулся в Англию.

— Ты сказала, что Уолтер должен был быть с ними, когда оказался в квартире Маккоркла. Это означает, что они в Вашингтоне?

Ванда покачала головой.

— В Балтиморе.

Падильо поднялся со стула и подошел к окну.

— Почему он захотел повидаться с Маккорклом?

— Не знаю.

— Какие будут предположения?

— Попытка убедить его воздействовать на тебя?

— Неубедительно.

— А какова твоя версия?

— Пока нет никакой. Что сказали Кассим и Скейлз?

— Насчет чего?

— Сама знаешь.

— Они не знают, почему он оставил их в Балтиморе. Лишь сказал, что у него назначена встреча и что он скоро вернется, а они должны дожидаться его там, где он их оставил.

— Где именно?

— Неважно. Я перевезу их в другое место.

— Когда?

— Как только умрет брат Кассима.

— А что говорят медики?

— Он по-прежнему в коме.

— И куда ты их перевезешь?

Она коротко глянула на Падильо, потом на меня.

— Маккоркл тут посторонний, — заметил Падильо.

— Это меня и тревожит, — ответила она.

— Кое-что меня, однако, интересует, — ввернул я.

— Что именно? — Ванда повернулась ко мне.

— Я хотел бы знать, почему вашего брата убили в моей квартире. Та же проблема и у полиции. Они отстанут от меня, как только выяснят, кто его убил и почему. Чем быстрее они раскроют это преступление, тем для меня лучше.

— Куда ты хочешь их переправить, Ванда? — повторил вопрос Падильо.

— Сначала в Нью-Йорк.

— А потом?

Она смотрела на Падильо долгих пятнадцать секунд.