|
– Может, мелкие банды поцапались, а может, чокнутые… – безразлично сообщил Роулинсон, поддевая ногой лежащий на земле «калашников» без магазина. – Тут чего только не творилось… – Вы нам еще будете рассказывать, полковник, – не удержался Шибанов. – Ах, да. Извините, tovarishch… – рассеянно сказал Роулинсон. Гумилев подумал, что история происходившего на Закрытой Территории всегда будет покрыта белыми пятнами. Вымершие и уничтоженные города, самозваные вожди и генералы, битвы, о которых никто никогда не узнает… А в целом все пришло к закономерному результату – схватке двух пауков в банке. Деваться им из банки некуда, приходится сражаться между собой. Победителю достанется все – то есть банка в безраздельное владение. И так получилось, что им пришлось выбирать, какой из пауков более мерзок, чтобы помочь второму… – Полковник, а что вы будете делать после всего этого? – неожиданно для себя спросил Андрей. Роулинсон привычным движением поправил бинты. – После чего «всего этого»? – Скажем, Макриди проиграет. Потом мы свяжемся с ООН, Тарасов разберется с вакциной, в периметре откроют коридор… – А, вот вы о чем? Ну, во-первых, я не до конца уверен, что доживу до этих прекрасных дней. А во-вторых, если доживу, то вы вместе с господином хоккеистом сделаете все, чтобы засадить меня в тюрьму до скончания веков. Если мистер Тарасофф, как вы его называете, меня вылечит, то я могу просидеть долго. Лет двадцать, не меньше. – Почему-то мне кажется, что с учетом экстремальных обстоятельств на многое придется закрыть глаза. Иначе придется сажать по тюрьмам десятки тысяч людей. – Полагаете? – Роулинсон покосился на Гумилева с интересом. – Думаете, будет амнистия? – Думаю, что валяться на пляже Флориды вас никто не отпустит, но и в тюрьму не посадят. Станете восстанавливать разрушенную инфраструктуру. – Это ваш русский подход – отправлять на лесоповал или в рудники, tovarishch. У нас преступника всегда старались или сразу поджарить на электрическом стуле, или усадить в кутузку, чтобы он на деньги налогоплательщиков жрал там в три горла и качался на тренажерах. Но ход ваших мыслей мне нравится… В самом деле, если с лекарством от вируса у вас выгорит, то ооновцы примчатся сюда на всех парусах расставлять свои палатки и раздавать мешки с гуманитарным рисом. Они это любят. Организация в целом никчемная, но впечатляет. Нам вот туда, между двумя скалами, – резко сменив тему разговора, указал направление Роулинсон. – И осторожно, там могут быть передовые посты. Передовых постов за означенными скалами не обнаружилось, зато в долине внизу был прекрасно виден лагерь Республиканской армии. Судя по открывшейся картине, генерал Макриди готовился к штурму Солт-Лейк-Сити более чем серьезно. Разномастные танки и бронемашины, несколько зачехленных 105-миллиметровых буксируемых гаубиц М102, легкие безоткатные орудия, прицепленные к «хамви» в песчаном камуфляже… Несколько больших палаток, затентованные грузовики с тупыми квадратными мордами радиаторов, санитарные автомобили, множество самодельных средств передвижения типа багги, снабженных турельными пулеметами. Сгруппировано все довольно глуповато, но ведь в этом мире фактически нет авиации. – Когда мы обороняли Уотерхоул, Макриди не выделил на штурм и двадцатой части того, что тут есть, – мрачно произнес Шибанов, лежа рядом с Андреем на бугристой известняковой плите. «Чарли» сейчас был у него. – А ведь это даже не все его силы… – Для того и существует наш план, – сказал Гумилев. – Основные силы будут уничтожены, если повезет – то и штаб. А без штаба и без самого Макриди остальные могут задуматься: а зачем рисковать и лезть на приступ Солт-Лейк-Сити? – А половина килотонны у нас в рюкзаке – это много? – поинтересовался Джей-Ти. |
