Он мягко, но решительно от нее отстранился, дав этим явно понять, что не намерен поддаваться на провокацию и ему не нужна любовная интрижка. Но тем не менее сочувственно спросил:

— Я все же хотел бы знать, Зиночка, причину, по которой ты от нас уходишь.

«Ага! Значит, я его не интересую. Рано же он состарился, — сообразила Настя, как всегда, трактуя происходящее в свою пользу. — Ну что же, пусть тогда ходит голодный. Такого никогда не поимеет от своей старухи! Не хочет удовольствия, получит порцию яда, — злобно подумала она. Уж я не пожалею грязи для его сыночка!»

И, приняв скорбный вид, Настя пожаловалась:

— Если я бедная девушка, разве можно со мной обращаться, как с собачонкой? Разве я так уж плоха по сравнению с женой Пети? — возопила она, жалея себя и чувствуя, как на глаза наворачиваются настоящие слезы.

— Погоди, Зина! При чем здесь мой сын и его жена? — насторожился Михаил Юрьевич. — Петя плохо с тобой поступил?

— Еще бы! Стала бы я иначе проливать слезы? — продолжала разыгрывать из себя скорбящую жертву Настя. — Пока жена в больнице, я была ему нужна, а сейчас решил со мной порвать! Видно, она оттуда скоро выйдет, — закрыв лицо руками, она изобразила, будто рыдает.

— Ты хочешь сказать, что между ним и тобой… — Михаил Юрьевич аж задохнулся от гнева при мысли, что это правда. — И давно это началось?

— Почти сразу, как только я к вам пришла, — с фальшивой стеснительностью, не отнимая рук от лица, но следя за реакцией Юсупова сквозь пальцы, ответила Настя. — У вас дома и у него на квартире. А вы разве не замечали?

Конечно, он замечал! И Светлана Ивановна приметила, что домработница строит глазки и заигрывает с их сыном. Но, зная его чистоплотность и порядочность, они не допускали мысли, что он способен изменить Даше. Да еще в тот момент, когда она должна была родить долгожданного наследника. Михаил Юрьевич весь кипел от негодования.

— Ладно, Зина! Похоже, что наш сын поступил с тобой дурно. Я сожалею об этом, — взяв себя в руки, хмуро произнес он. — Обещаю: ему это не сойдет с рук! Однако ты и сама понимаешь, что нам придется расстаться. Тут уж ничего не поделаешь, — строго взглянув на нее, добавил он. — Но ты не горюй и спокойно подыскивай новую работу. Петр тебе помехой не будет!

Вечером накануне дня операции Цыган встретился со своим подельником Косым, чтобы проверить, все ли у того готово и нет ли каких проблем. Перед ним была поставлена сложная задача.

Надо было раздобыть дорожный каток, чтобы в нужный момент перекрыть им путь возможной погоне. Когда красавец Сашка на своей новенькой «ауди» подкатил к Чистым прудам, где у них была назначена встреча, подельник уже ждал его в своей машине.

Увидев подошедшего бригадира, Косой открыл переднюю дверцу, Цыган уселся рядом с ним на соседнее сиденье и, не теряя времени, спросил:

— Ну как, не подведет тебя работяга, который обещал одолжить каток?

— Ни в коем разе! Мы с ним обо всем полюбовно договорились, — заверил бригадира Косой.

Он сделал небольшую паузу, оглядываясь по сторонам, словно их кто-то мог подслушать, и доложил ситуацию:

— Этот мой корешок работает на соседней улице. Они укладывают на ней асфальт и там же у них находится бытовка. В ней вся ихняя бригада любит бухнуть. Я у них уже свой человек. Снабжаю водярой. В их распоряжении два катка, и один на полдня отдадут мне за три пузыря. Если нагрянет начальство, — усмехнулся он, — то скажут, что отогнали в ремонт или соврут что-нибудь еще.