— Ну, слава Богу, что не наяву! Наверное, это нервы у меня расшалились.

Все еще в подавленном настроении, он встал, направился в ванную и только под струями холодного душа окончательно обрел себя, оделся, позавтракал и отправился на работу. «Сегодня же навещу сестер, — решил он, уже сидя за рулем своего джипа. — Ночной кошмар, безусловно, вызван моим беспокойством за них. Скорее бы вернулся папа!» Он не знал, что его отец уже прилетел и находится дома.

Рассердившись на сына, Михаил Юрьевич Юсупов решил не звонить и не встречаться с ним, пока все не обдумает и не определит их дальнейшие взаимоотношения. Прощать Петру безобразное поведение, по его твердому мнению, было недопустимо. Поэтому не позвонил ему вечером, не позвонил бы и утром этого дня, если бы Михаила Юрьевича не заставили чрезвычайные обстоятельства. Было около десяти, и он у себя в офисе уже закончил просматривать деловые бумаги, когда раздался вызов междугороднего телефона. Звонил Сальников из Актюбинска, куда выехал по одному из расследуемых дел.

— У меня плохие новости, Миша! Тут кое-что удалось раскопать, — в его голосе звучала тревога, — относительно вашей домработницы. Она действительно наркоманка и, кроме того, состояла на учете в милиции за проституцию. В ее деле отмечено, что отправилась к нам — в Москву. Но главное, — подчеркнул он, — я добыл фотографию, на которой эта Зина совсем не похожа на ту, что выдает себя за нее и находится у тебя дома! Ничего себе история?

— Ты меня просто убил, Витя, — опешил Юсупов и, вскочив как ужаленный, быстро спросил: — Особые приметы у нее есть? Ведь будет отпираться! Старое фото еще не аргумент. В любом случае я немедленно изолирую от нее дочек!

— Только одна — крупная родинка на правом бедре, — сообщил Сальников. — И твоя Зина русая, а та — блондинка.

— Еду домой, — вслух принял решение Юсупов. — Спасибо тебе, Витек.

Положив трубку, Михаил Юрьевич было направился к дверям, но на полпути остановился. «Что же, я полезу к ней под юбку? — брезгливо подумал он. — Нет уж! Пусть лучше это сделает мой сынок — ему, видно, привычнее. А может, и так знает ее примету?» И он снова взял трубку телефона.

— Здорово! Ты уже прилетел? — обрадовался Петр, услыхав голос отца.

— Еще вчера, — не здороваясь, сухо ответил Михаил Юрьевич. — Должен сообщить тебе кое-что неприятное.

— А что случилось? — встревожился Петр. — С кем-нибудь нехорошо, папа?

— Даже очень нехорошо! С твоей любовницей Зиной, — гневно произнес отец. — Она не та, за кого себя выдает!

— Не может… быть, — упавшим голосом пробормотал Петр, хорошо сознавая, что это — правда. «Значит, предчувствие меня не обмануло».

— Вот ты это и проверишь. Немедленно! — приказал сыну Михаил Юрьевич. — У нее на правом бедре особая примета — большая родинка. Тебе, наверное, это известно?

— Не знаю, — сгорая от стыда и угрызений совести, пролепетал Петр, хотя тут же вспомнил, что такой родинки у Зины не видел.

— Не теряя ни секунды, отправляйся к ней и проверь это до моего приезда! — беспрекословным тоном наказал отец. — Я отдам распоряжения сотрудникам и тоже поеду домой. Там и поговорим!

Михаил Юрьевич хотел было заняться делами, но не смог. Вызвав секретаря, он передал ему подписанные бумаги, спустился на лифте и сел в свою машину, раздумывая, как быть с самозванкой.