Так, довольно. Глупо полагаться на причуды психики, всякие там предчувствия да ощущения. Думай только о фактах. Ищи обман. Уинслоу сказал, что единственный выживший охранник убил Клея и вернулся с трофеями — снимками и отчетом о произошедшем. Хорошо бы поговорить с ним: не все же здесь такие же законченные лжецы, как Уинслоу. Может… Я резко втянула воздух. Снимки, отчет… А тело?

Если бы охранник расправился с Клеем, то тело захватил бы с собой. По крайней мере сделал бы пару фотографий. Если бы в распоряжении Уинслоу был труп (или его снимок), он бы мне его и показал. Он бы точно знал, что за волка подстрелил его человек, и устроил бы мне очередную пытку в наказание за дерзость. Стоило допустить промах, как магнат устроил бы мне ад на земле. Кто знает, на что он способен, когда по-настоящему разозлится?

В конце концов мне удалось убедить себя, что Клей жив. Тогда усталость взяла свое, я заснула — и проснулась человеком. Иногда такое случается, особенно если Преображение вызвано страхом или еще какой-нибудь сильной эмоцией. Когда мы погружаемся в сон, тело безболезненно принимает прежнее обличье. Вот почему, очнувшись, я обнаружила, что лежу голышом на полу между стеной и кроватью.

Вставать я не торопилась. Сначала нужно было продумать, как бы подловить Уинслоу на лжи. Клей, конечно, жив, но мне необходима полная уверенность. Да у меня же остались снимки! Возможно, если повнимательней их изучить…

— Откройте дверь, сволочи! — раздался чей-то крик.

Я рывком села, ударившись головой о кровать, и потихоньку выбралась из укрытия.

— Выпустите меня!

Голос женский. И знакомый, хотя что-то в нем изменилось. Я поняла, кто это кричит, и вздрогнула. Нет. Только не это! Может, хватит уже страданий?

— Я знаю, что вы меня слышите! Я знаю, что вы там!

Без особого на то желания я проковыляла к дыре в соседнюю камеру и заглянула в пробоину. Нетрудно догадаться, что я там увидела. Новая соседка. Бауэр беззвучно молотила кулаками по стеклянной стене. Спутанные волосы, на лице кровавые разводы, которые никто не удосужился смыть… Вырядили ее в серый спортивный костюм с плеча кого-то из охранников. Ничто не напоминало в этой женщине ухоженную и гордую наследницу громадного состояния. Сейчас Сондра больше походила на сумасшедшую средних лет, которая всю жизнь провела в недрах какой-нибудь готической психушки.

Получается, после вчерашней бойни они упрятали ее в камеру… Последняя надежда на побег испарилась без следа. Отныне Бауэр такая же узница, как и я, и ничем мне не поможет. Более того, теперь в соседнем помещении беснуется полоумный оборотень-людоед… а в стене, разделяющей нас, дыра. Уинслоу опять все подстроил. Что, вчерашней пытки ему показалось мало?.. Да, ему всегда будет мало. Пока я здесь, он будет истязать меня все новыми и новыми способами. Почему? Потому что это в его власти.

Захотелось снова забиться в закуток, погрузиться в забвение… Разумеется, заснуть не выйдет, но по крайней мере можно закрыть глаза, и кошмар на время отступит. Я сбегу в мир фантазий и останусь там, пока кто-нибудь не спасет — или не убьет — меня.

Вместо этого я бухнулась на кровать и окинула камеру взглядом. Повсюду валялись ошметки одежды, не пережившей Преображения. Что ж, пора сменить гардероб. Не время для капризов — надену, что дают. Итак, шаг первый: привести себя в нормальный вид. С какой радости Бауэр оказалась моей соседкой, выясним попозже.

Выйдя из душа чистой и одетой, я на всякий случай снова заглянула в дыру в стене — вдруг воображение сыграло надо мной злую шутку, и никакой Бауэр там нет? Увы, она лежала, свернувшись калачиком, перед дверью, тихонько хныкала и скреблась в стекло, как котенок, оставшийся на улице в дождь.