Рут, как и ее племянница, была одета в легкий сарафан. Напротив нее сидела стройная женщина лет тридцати с коротко подстриженными темно-рыжими волосами. Рядом с ней — широкоплечий парень с мальчишеским лицом и темно-русой шевелюрой, кончики волос совсем светлые. Еще левее — грузный мужчина средних лет, уже седеющий. Что-то в его внешности говорило о коренном происхождении — возможно, эскимос. Гладко выбритое лицо как маска созерцательного спокойствия. Так говорите, здесь собрались самые могущественные сверхъестественные существа Северной Америки? Нет уж, увольте. Пощелкайте пультом в воскресный вечер — на телевидении отыщутся кандидатуры поубедительней.

В другом конце комнаты располагался столик с благотворительной выпечкой. Ну, я немного преувеличиваю, но и вправду было на то похоже. Не хватало разве что почтенной матроны с подсиненной укладкой и коробочкой для пожертвований. На столике стоял кофейник, коробочка с белым порошком (наверное, это были сухие сливки, а не кокаин), пирамидка пластмассовых стаканчиков (один отвели под сахар) и пончики на подносе. Рукописный плакат на одной из стен извещал посетителей, что кофе и пончики продаются по четвертаку; чуть пониже другая надпись, красными чернилами, поясняла, что за кофе и пончики одновременно придется заплатить пятьдесят центов, не двадцать пять. Я от души надеялась, что угощение и плакат лежали на совести сотрудников «Легион-холла». В противном случае… Нет, об этом и думать не хотелось. Скажем так: если бы кто-нибудь пустил по кругу шапку для сбора членских взносов, я бы тут же слиняла.

К офисной доске возле столика был прикреплен листок с повесткой дня. Я не шучу. Эти чудики составили настоящую повестку дня — не просто перечислили, что будет обсуждаться на собрании, а расписали все по часам. В 10:00 знакомство и кофе, в 10:30 введение в суть вопроса, в 11:45 общее обсуждение, с 12:15 до 13:15 обед. Я оглянулась на Джереми — его губы беззвучно шевелились. Тоже читает.

— По крайней мере они организованны, — тихонько пробормотал он.

Мы вошли, и все головы повернулись в нашу сторону. Рут встала — удивление на ее лице быстро сменилось доброжелательной улыбкой.

— Здравствуйте, — сказала она. — А я думала, вы приедете в понедельник.

— У нас расстроились планы на выходные.

— Да? Ну что ж, ничего страшного. Заходите, прошу вас. Так, внимание всем, это Джереми… Джереми Данверс, вожак… Я не ошибаюсь, вы вожак? Вожак…

— Сойдет и просто «Джереми», — закончил он за нее. — А это Елена.

Светловолосый парень улыбнулся от уха до уха.

— Так вот они какие, оборотни! Странно, вы на вервольфов совсем не похожи. А где же сросшиеся брови, где шерсть на ладонях? Вот черт, еще один миф накрылся медным тазом. Еще я думал, что все оборотни — самцы. А вы что-то на парня не особо смахиваете.

— Я из движения в защиту прав женщин. У нас повсюду агенты.

Улыбка блондина стала еще шире.

— Значит, ничего святого уже не осталось?

— Елена — единственный в мире оборотень женского пола, — отозвалась Пейдж, усаживаясь на пустой стул возле тети. — Волки-оборотни появляются на свет двумя способами: либо унаследовав определенные гены, либо в результате укуса. Большинство составляют наследственные особи, потому что немногие способны пережить нападение оборотня. Поскольку ген передается по мужской линии, оборотни женского пола — огромная редкость.

Парень закатил глаза.

— Смотрите на канале «Дискавери-Ченнел»: уникальное исследование Пейдж Винтербурн «Проблемы оборотней в контексте феминизма».