- Мы захватили видеостанцию, - сообщил какой-то человек.

Очевидно, он вошел за Питером Роубсом. Из-за невысокого роста, сгорбленной фигуры его не было видно за телохранителями, окружавшими президента. Охранники, холодные и безжизненные глаза которых привлекли внимание Мейгри, расступились, дав человеку пройти. На нем были алые одежды. На затылке у него выступали большие наросты. Голова казалась слишком большой для его туловища.

- Абдиэль! - прошептала Мейгри, почувствовав почти удар при виде священника.

- На все планеты галактики разослано сообщение о крушении монархии, - объявил Абдиэль. - На обломках старого возникает новый порядок. Если вы, Амодиус Старфайер, не желаете, чтобы это сообщение приобрело буквальный смысл, советую вам выполнить требование народа.

- Абдиэль! - снова прошептала Мейгри.

Несколько лет назад Орден Черной Молнии похитил ее и Сагана, чтобы разобраться с их мысленной связью. В конце концов они бежали от священников, но их вождь Абдиэль сумел кое-чего добиться, насильно привязав каждого из них к себе при помощи игл, вживленных им в собственное тело. Хотели они того или нет, но с тех пор частица каждого из них принадлежала Абдиэлю, частица его была в них.

Мейгри невольно бросила взгляд на Сагана. Их глаза встретились. Она сразу поняла, что для него появление Абдиэля не менее неожиданно… и вызвало куда больший гнев.

Питер Роубс и ловец душ в сопровождении нескольких странно безжизненных охранников прошли по проходу к головному столу. Платус поспешил занять место рядом с сестрой. Он беспокойно смотрел на солдат. На его лице читался страх.

- Мейгри…

- Тс-с-с!

Саган оглянулся на приближающуюся компанию. Лицо его потемнело, он торопливо шагнул к королю и сказал, понизив голос:

- Ваше величество, выполните их требование. Если вы проявите благоразумие, вам и вашей семье не причинят вреда. Жизнью клянусь!

- У нас такое ощущение, лорд Саган, что вы рискуете жизнью, делая нам такое предложение, - заметил король, мягко и печально улыбаясь. - И мы рады, что в вас сохранилось некоторое уважение к той клятве верности, которую вы когда-то давали, и что вы еще не полностью предались злу. Но мы должны отказаться. Мы не желаем подвергаться издевательскому суду. Как у короля по священному праву, у нас один Судья, и лишь перед Ним, и никем больше нам предстоит ответить.

Сагану почти удалось скрыть то, что происходило у него в душе. Мейгри, имевшая возможность заглянуть в его мысли, была свидетельницей битвы куда более ожесточенной и отчаянной, чем любое сражение, в которых она была. Она сражалась рядом с ним во многих смертельных схватках; сейчас он решил сражаться один. Эта битва быстро закончилась.

- Тогда я не смогу вас спасти, Ваше величество, - с горечью тихо сказал Саган.

Король хладнокровно кивнул.

- Лишь Он один может меня спасти, лорд Саган, и в Его руки предаю я свою душу.

- Да сжалится Он над вашей душой, Ваше величество, - холодно сказал Саган.

Солдаты со странными мертвыми глазами занимали места в зале. Это были люди, мужчины и женщины. Они отличались друг от друга ростом, весом, цветом волос, кожи, глаз. Но все они каким-то образом умудрились походить друг на друга больше, чем если бы были детьми одних родителей. Внимательно их рассматривая, как учил командир, Мейгри наконец поняла, что все дело в выражении их лиц.

«Знай своего врага».

- Мейгри! - настойчиво обратился к ней Платус. - Ты знаешь, что это за люди?

- Андроиды, - ответила она, но тут же нахмурилась, покачав головой. - Нет, в андроидах больше жизни.

- Они живые, - продолжал брат глухим голосом. - Были живыми, во всяком случае. Их разумы больше им не принадлежат. Они принадлежат ему!

Она осознала весь ужас сложившегося положения.