— Профессор, у меня к вам пара вопросов. Рунге с готовностью обернулся, кивнул:

— Да-да, прошу вас.

— В вашем перечне комплектующих указаны четыре энергетические батареи. Но аппарат, как я понимаю, предполагалось использовать от стационарных источников. Эти батареи действительно должны обеспечивать его работу? И если да, то на сколько они рассчитаны?..

— Видите ли, Билл…

— Прошу прощения, док. Меня зовут Дик, — вежливо перебил ронин.

— О, простите! — Профессор мимолетно улыбнулся. — Вы ведь были тогда законспирированы, не так ли?.. — Ронин мысленно выругался — с этой, мать ее, конспирацией, скоро придется откликаться на все подряд, — сохраняя на лице выражение искренней заинтересованности. — Так вот, Дик, — с расстановкой продолжил хрыч. — Я понимаю ваше беспокойство. Но оно напрасно. Не знаю, представляете ли вы, какое количество энергии необходимо для подобного рода операции. Думаю, что нет. Так вот — ни один стационарный источник питания, говоря проще — ни одна розетка не в состоянии дать и десятой ее доли. Действие этих батарей основано на замедлении электронов в… Впрочем, вам будет достаточно узнать, что это самый мощный энергетический источник из всех, доныне созданных. Одна такая батарея в состоянии питать энергией крупный мегаполис в течение суток. Четырех батарей нам хватит, чтобы обессмертить около полутора сотен человек.

— Всего-то?..

— Да, представьте себе. Потом придется доставать новые.

Ронин подумал, что этого им хватит с лихвой. На первое время. С некоторым облегчением он перешел ко второму, не менее важному вопросу:

— А чем вы потом докажете, что человек стал бессмертным? Разговорам типа «Вчера я начал жить вечно, пока все идет хорошо», никто не поверит. Это в пользу бедных. Нужны весомые аргументы, док.

— Ну-у… Визуально это подтвердит эффект ускоренной регенерации тканей — раны повышенной тяжести, увечья будут заживать в считанные секунды, после чего организм начнет опять нормально функционировать.

Такого рода доказательства устроили бы ронина, однако требовались уточнения. Проблема волновала его давно, лишь теперь предоставился случай уяснить наконец для себя все детали.

— Но человека можно умертвить разными способами, — заметил он, неторопливо закуривая. И, выпустив струю дыма в лобовое стекло, стал перечислять: — Разрезать его на куски, вырвать сердце, выжечь мозги нейродеструктором, в конце концов, расщепить на атомы…

— Ради бога! Избегайте, пожалуйста, ненужных подробностей. — Хрыч сморщился, тряся фальшивыми кудрями. Ронин дернул уголком рта, но не произнес, а только подумал: «Вот еще слабонервный нашелся! А для какой цели он приволок в трейлер чуть ли не весь арсенал, конфискованный „Боливией“ перед посадкой?» Наконец Рунге поднял глаза и произнес: — Впрочем, вы правы. В таких случаях главное — это чтобы от индивидуума сохранилась определенная масса биоматериала — не менее шестидесяти процентов от обычной массы тела. Этот биоматериал должен быть заложен в «Инфинитайзер», после чего объект полностью восстанавливается, сохраняя в памяти все события, предшествующие его, так сказать, кончине.

— Выходит, что «Инфинитайзером» можно еще и оживлять людей?

Рунге пожал плечами:

— Только тех, которые уже прошли предварительную процедуру обессмерчивания. Наше вмешательство в концевые цепочки ДНК, где заложено число воспроизводства клетки, делает его практически бесконечным. Фактически клеточный, материал не умирает.

— Док, но я же в некотором роде математик.